Ученица чародея

И денег лопатой. Тьфу!

– И что дальше с Этьеном было?

– С разбойниками управилась, – старушка хмыкнула. – Повеселилась на славу. Вижу: неладно что-то с парнишкой – чернющий, как дьволенок, лопни мои глаза! Оно, знаешь ли, Тити помнить, что происходило с демонами, вроде и не помнил, а в голове сумятица да жуть всякая жила. Разговорила я парнишечку, признался он, что спать боится: сны один страшней другого приходят. Поделился со мной, какие. Я и разгадала, в чем дело. Душа-то его лица демонов и картины всякие запоминала, хоть сознание про них и не знало ничего.

Шевризетт споткнулся, бабка ухватилась за шею козла, едва не съехав на землю.

Я снова оглянулась на Этьена. У меня внутренности заледенели от таких рассказов. Нет, я должна ему помочь. Не потому, что влюбилась, – не дано, так не дано, – а просто так. Ведь он мне помог. Не раз.

– И вы ничего не сделали после этого?

– Как же не сделала? – возмутилась мадам Тэйра. – Погоняла духов, защиту поставила, чтобы ритуалы папашкины не работали.

Я вздохнула:

– Мне, похоже, счастья тоже не видать…

– Бёф, глупости! Твое счастье от тебя зависит, – старуха снова сделала хитрую мордочку. – Будешь счастливой, если правильные решения принимать научишься.

– А как узнать, какие правильные? – жалобно спросила я и посмотрела вперед.

Мы приближались к развилке у опушки.

– Эй! По дороге идет вооруженный отряд! Сворачивайте влево!

Все разинули рты и обернулись – глаза Этьена так и были завязаны.

* * *Огюстен покосился на слепого и сочувственно заметил:

– Умом тронулся, бедняга.

Этьен возмущенно фыркнул, а мадам Тэйра почесала седой затылок и приказала:

– Фернан, ну-ка, послушай.

Чернявый разбойник с торчащими, как у мерина, крупными зубами тотчас приник ухом к земле. Все затихли.

– Человек двадцать. Тяжело идут. Видно в доспехах и с оружием.

Этьен гордо приосанился и сквозь зубы процедил:

– Ну, и кто тут тронулся, остолоп зеленый?

Огюстен скривил недовольную мину, но промолчал – мол, что поделать с убогим.

– Уж верно не ты, Тити, – вытянула шею старушка у развилки. Ее ноздри зашевелились, как у голодного кролика. Наконец, она скомандовала: – Поворачиваем налево. В обход.