Тысяча поцелуев

Какое блаженство, вот так ее вытянуть!

– Надо придвинуть стол, чтобы уместить и колено, – заявила Сара и подтянула стол ближе, но при этом нога легла по диагонали. – О, простите! Минуту.

Сара протиснулась между диваном и креслом, так близко к Хью, что он чувствовал тепло, исходившее от ее кожи.

– Прошу прощения…

Он повернул голову и понял, что не следовало этого делать: леди Сара как раз нагнулась, чтобы сохранить равновесие, и вырез ее платья оказался прямо перед его глазами.

Он снова заерзал в кресле, но на этот раз его беспокойство не имело ничего общего с больной ногой.

– Вы не могли бы немного ее поднять? – неожиданно спросила Сара.

– Что?

– Свою ногу.

Слава богу, она не смотрела на него, в то время как он не мог оторвать от нее взгляд. Ложбинка между грудями была так близко, а ее запах сводил с ума: лимон и жимолость и что-то куда более земное и чувственное.

Она все утро танцевала, наверняка устала, голова кружилась… При одной лишь мысли об этом Хью так отчаянно захотел коснуться ее, что, кажется, совсем перестал дышать.

Сара же спросила с беспокойством:

– Вам нужна помощь?

Боже милостивый, да! У него не было женщины с самой дуэли, да и, по правде говоря, чертовски трудно представить, чтобы кто-то захотел его, с этой искалеченной ногой.

Он привык держать свои желания в узде… вплоть до этого момента.

О, дьявол, только не это!

– Лорд Хью, вы что, меня не слышали? Если чуть приподнимете ногу, мне будет легче придвинуть стол.

– Простите… – пробормотал Хью, подчиняясь.

Сара придвинула стол, но он задел за каблук сапога, и ей пришлось отступить, чтобы не упасть. Теперь она оказалась так близко, что он мог бы протянуть руку и коснуться ее, но вместо этого вцепился в подлокотники, чтобы не поддаться желанию.

А как хотелось дотронуться до ее руки, чуть сжать пальцы, поднести ладонь к губам, поцеловать пульсирующую жилку на запястье, под бархатистой кожей…

О господи, нашел время для эротических грез!

Но как ни пытался, Хью не мог ничего с собой поделать: видения продолжали сменять друг друга.

– Ну вот, – ворвался в его грезы ее голос.