Твоя измена. Право на отцовство (СИ)

– Откат, что ли?

Галина не стала подтверждать мои догадки.

– Меньше знаешь, крепче спишь! – вздохнула она.

– Ясно, не мое дело. Ничего не видела.

– Вот и правильно.

Я вышла из кабинета, потом спохватилась, что так и не поставила печать, вернулась. Снова вышла, полная задумчивых мыслей. Ясно же, что бумаги просто так выписаны!

Кто и кому заплатил?

Тоже ясно, как божий день! Не зря Лариса Анатольевна так резко подобрела ко мне, еще и с Белыхом больше не хочет возиться. Скорее всего, Слава предложил ей сделку: прогнать сумму через счет фирмы… А она под предлогом представительских расходов получит эти деньги в свое распоряжение.

Было неприятно, что Слава так и продолжал мутить воду за моей спиной.

Спросить его открыто?

Даже самой стало смешно: он умело выкручивался от прямых вопросов о ребенке, здесь вообще наплетет целые басни…

Как же неприятно разочаровываться в человеке, который когда-то был таким дорогим и любимым. Словно каждый день, каждый поступок Славы отщипывал по кусочку от образа, который я любила.

Если только муж не захочет измениться…

***

Но судя по всему, муж довольно крепко на меня обиделся.

Он скупо писал “доброе утро” и желал мне “спокойной ночи”, появлялся в квартире, когда не было меня. Муж оставлял грязные вещи, брал чистые, пил кофе… Его грязные чашки стояли на том же самом месте, где он их всегда бросал – сантиметрах в десяти от раковины.

Как призрак, честное слово!

Это продолжалось несколько дней.

В ночь с пятницы на субботу я проснулась от того, что в квартиру кто-то вошел. Осторожно, стараясь не шуметь.

Я мгновенно проснулась и села на кровати, включив ночник.

Поневоле страх появился, какие-то мысли нехорошие…

Дверь в спальню начала медленно открываться, моя рука потянулась в сторону тумбы, за тяжелым металлическим будильником.

Но в спальне появился только мой муж – и больше никого, кроме него.

– Черт подери, Слава! – выдохнула я.

– Ничего не говори, – шепнул муж.

Он быстро разделся до трусов, выключил свет и забрался ко мне под одеяло, обняло со спины, прижался носом к шее.

– Так больше продолжаться не может, – произнес он. – Я без тебя сам не свой.

Слава обнял меня, сжал под грудью.

– Все так непросто. Но я не хочу тебя терять.