Твоя измена. Право на отцовство (СИ)

Вот он, мой внучек, мое солнышко… Мой самый-самый сладкий и громкий мальчик!

Муж заносит домой сумки с вещами своей мамы и коробки какие-то. Меня начинает потряхивать, пальцы трясутся, голова гудит.

Больше всего меня задевает, что с мамой Слава информацией поделился, она в курсе многих деталей этого странного появления ребенка в нашей жизни, а меня в известность даже не поставил. По сути, Слава эгоистично поступил.

Принес ребенка и требует, чтобы я его полюбила.

Кто он такой? Откуда? Почему именно сейчас?

Под всеми этими вопросами пульсирует не менее болезненная и острая необходимость ответ на самый главный вопрос: как именно мой любимый воспользовался правом на отцовство?

Завел его с помощью суррогатной матери?

Может быть, все-таки из дома малютки взял?

Или…

Или все произошло естественным путем?

Последнее предположение – это тот вариант, которого я боюсь больше всего.

На самом плохом варианте мое сердце отказывается работать как прежде.

Слава заносит сумки. По одной, как и советовала ему мама. Такой послушный, ни в чем ей не перечит. Она воспитывала его сама почти всю свою жизнь, чем очень гордится. Об отце Славы я ничего не знаю, кроме пренебрежительного выражения, сказанного свекровью “таких козлов надо еще поискать…”

Свекровь сюсюкается с малышом.

Я же не знаю, куда деть себя. Так и мнусь в коридоре между залом и спальней.

В подвешенном состоянии.

Идея приготовить романтический ужин кажется уже не такой удачной.

Слава заносит очередную сумку. На этот раз в сумке постукивает что-то.

– Ма-а-ам, вы что сюда нагрузили?

– Закрутки, Славик. Там лечо, икорка баклажанная, варенье малиновое. Все домашнее, своими руками сделано! – бодро вещает свекровь.

– Милан, расставишь? – предлагает Славик, выпрямившись.

Он охает, схватившись за поясницу.

– Снова продуло на сквозняке? – спрашиваю я. – Или под кондиционером сидел?

– На совещании, – морщится. – Кондиционер дул прямо в спину.

– Надо было попросить, чтобы убавили скорость обдува, – добавляю автоматически, а потом спрашиваю. – Сейчас зима, какой кондиционер, Слав?

– Не в моем офисе же это было! Там жара в кабинете, решили просвежить немного. Что такого? – уточняет немного раздраженно. – Или будешь каждое мое слово под сомнение ставить? Просто скажи, где у нас мазь обезболивающая и банки мамы разбери.

Я смотрю на длинную клетчатую сумку, под завязку банками загруженную.