Тушканчик в бигудях

– Что за глупости? – я начал потихоньку выходить из себя. – Вы же верите во всякие приметы. Неужели никогда не слышали такое высказывание: не зови беду, а то придет.

– Ни за какие сокровища не останусь более в этой машине, – принялся дергать дверь Николай, – все, поездка откладывается.

Я очень обрадовался, но все же не утерпел и спросил:

– Чем вам не угодила моя скромная лошадка? Конечно, это не дорогая иномарка, но вполне приличный российский автомобиль, совершенно новый… Вожу я аккуратно, не лихачу.

– С таким номером вас ничто не спасет, – заявил Николай.

– Чем вас отпугнула цифра сто тридцать два? – изумился я.

– Если ее на два поделить, выходит число зверя, – сообщил целитель, – шестьдесят шесть.

На секунду все замерли, потом Вера попыталась образумить супруга.

– Вообще-то шестьсот шестьдесят шесть.

– Шестьдесят шесть тоже плохо, – уперся Николай.

– И что делать? – заломила руки Николетта.

– Идти домой и ждать следующего года!

– Ужасно! – завопила маменька. – Вава! Ну с какой стати ты согласился на такой номер! Все из-за тебя.

Вот и славно, нашли того, кто является корнем зла.

– Совершенно нормальное число, – я попытался привести в чувство Николая.

– Нет, я не поеду.

Николетта принялась громко причитать, Вера молча сидела на заднем сиденье, Николай, сопя, стал вылезать наружу. И тут Вера сказала:

– А что, если снять табличку с номером и так поехать?

Николай посмотрел на жену.

– Ну… тогда ничего.

– Ваня, – приободрилась маменька, – быстро отдери номера, и в путь.

– Нельзя, – вздохнул я.

– Почему?

– ГАИ не разрешает.

– Вава! – завопила Николетта. – Сейчас ночь! Ни одного постового на дороге! Немедленно делай что говорят!

Можете считать меня тряпкой и подкаблучником, но уже через четверть часа мои «Жигули», лишенные всяких опознавательных знаков, летели по шоссе в сторону области. Путь был недолог. В трех километрах от МКАД расположен не слишком большой погост, на котором, по заверению Николая, растет мандрагора.

Когда я уже почти докатил до Кольцевой дороги, Николай снова закричал:

– Стой!

Нога нажала на тормоз.

– Что на этот раз?

– Мы забыли съесть сахар, – вздохнул целитель.

– А зачем нам лакомиться рафинадом? – тоном нянечки, служащей в интернате для умственно отсталых детей, спросил я.

– Вава! – с укоризной перебила меня Николетта. – Объясняла ведь тебе! Мандрагору можно выкапывать лишь в белом костюме, поев сладкого. Неужели забыл?

Да нет, просто не услышал.