Цыпленок Лисы Патрикеевны

Наташенька, вставайте.

– Видела, как он кого-то сбил… Тело в магазин – плюх! – начала описывать произошедшее продавщица, по-прежнему сидя на полу. – Оно по воздуху летело, кровь в разные стороны.

– Эй, ты как? – спросил Димон, входя в лавку. – Сто раз предупреждал: Таня, не пей пиво прямо из жбана, станешь опивочком, озвереешь, магазинчик в лохмотья превратишь! Что тут произошло?

Я показала глазами на прилавок. Димон наклонился над ним.

– Ух ты! Кто тут у нас? Добрый день, заинька!

Похоже, Коробков понравился девушке, потому что она поднялась.

– Витрина! Стекло! Товар! Меня убьют!

Димон засюсюкал:

– Не нервничай, сейчас здесь появится тетя – уж поверь, порядок воцарится быстро. Все за наш счет.

– Не верю вам, – заплакала Наташа."

"Дверь распахнулась, и в лавку твердой поступью вошла Олеся Морозова – наш завхоз, бывшая баскетболистка, обладательница охапок медалей.

После ухода из большого спорта Леся решила наградить себя за все годы, когда питалась по расписанию и указке врача команды, и увлеклась булочками, пирожными, конфетами, жареной картошкой, котлетами… Результат не заставил себя ждать.

– Ну Сергеева! – воскликнула Морозова с порога.

– Сама не знаю, – честно ответила я. – Счет шел на секунды. Остановилась у витрины, увидела, как навстречу летит нечто темное, и сработал автоматизм. Вкатилась спиной через стекло в магазин.

– Хорошо, что не головой окно боднула, – похвалила меня Леся, – правильно поступила. Эх, пропала твоя ветровка! С другой стороны, отлично, что ты в ней оказалась. Фиг с ней, с одеждой, – зато спина цела! Девушка!

Наташа вздрогнула.

– Что?

– В подсобке чайник есть? Заварка, может, печеньки?

Наталья кивнула.

– Вот и оформи нам покрепче. Сахар не забудь.

– Наташа, что вы видели? – задала я свой вопрос.

Продавщица начала объяснять:

– Сидела за прилавком, книгу читала – новую Смолякову купила. И вдруг! Бабах! Бух! В магазин вкатился… э… э… Шар! Огромный! Витрина в куски! Стекло повсюду! Жуть! Ваще!

– Мотоцикл заметили?

– А он сюда не въезжал, – заморгала Наталья, – только вы влетели!

– Понятно, – кивнул Коробков.