Цена его любви

И каждому человеку, каким бы он ни был, нужно иногда сбросить, хоть на минуточку весь груз, который он взвалил на свои плечи. Пусть даже на миг. А каждому всегда нужна короткая передышка. Пауза. Спокойствие. Нежность и тихое тепло.

Наверно, я и правда напрасно лезла к нему со всеми этими разговорами.

Влад не из тех, кто будет приходить домой к женщине. Садиться просто поужинать за стол. Делиться тем, что у него произошло за день, своими мыслями и рассуждениями.

Конечно, это было бы абсурдно.

Влад не мой отец, который каждый день просто ходит на обыкновенную работу.

Не одногруппник, который станет обсуждать задания и преподавателей.

Он совсем другой.

И цели и задачи и проблемы у него совсем другие.

Наверное, он и так дает мне слишком много. Больше, чем привык. Наверное.

Но мне так хочется просто обнять его. Просто развеять, хоть на минуточку весь его тяжелый груз.

И ранит, — когда не дает, когда отталкивает. Проводит четкую черту между тем, чем занимается и мной.

Как будто я должна все время быть вдалеке, на расстоянии.

Ранит.

Но я с этим тоже готова смириться.

Я его чувствую, — у себя, внутри, в самом сердце.

Если бы я могла быть рядом. Просто поддержать, конечно, не вдаваясь в каждую подробность его жизни, в то, чем занимается.

Хотя… И каждую подробность я бы знать хотела.

Потому что — разве это не естественно, не абсолютно нормально — полностью доверять тому, с кем ты вместе?

Я чуть с ума не сошла, когда выйдя подышать воздухом, услышала те выстрелы.

Ослепла, на миг представив себе, как вот он — такой невыносимо огромный, сильный, такой живой, переполненный этой запредельной энергетикой, вдруг просто рухнет прямо в снег. И его не будет.

Улыбки этой не будет, — до ядовитости ослепительной на сумасшедше чувственных уверенных губах. Глаз его, то горящих безумием страсти, то замораживающих все вокруг себя в лед.

Дыхания его не будет.

Это невыносимо. Невозможно.

Я бы еще миллион раз бросилась туда.

Потому что…

Потому что спасти, что-то сделать — конечно, не смогла бы. Но… Если бы это был один, последний миг, то прожила бы его с ним. Вместе. Обнявшись.

Не знаю — любовь?

Нет. Это что-то большее. Запредельное. Я будто и не дышу, когда он не рядом.

Будто срослась с ним во что-то одно. И уже не оторвать, не отделить.

А он — стены выстраивает. Распахивается на миг, — и снова холодной коркой покрывается.

И мне растопить эти стены так нужно.