Тридцать первая жена, или Любовь в запасе

Что вас так удивляет? У вашего отца официальные фаворитки сменяются с завидной частотой.

Принцесса заметно побледнела и не находила слов, глядя на него как на исчадие бездны. Не хотел пугать, но ведь вынудила! Не думал даже, что когда-нибудь придется приглашать на бал понравившуюся девушку шантажом.

– Элиссабет, вы можете не пойти на бал как моя тридцать первая жена, но будете вынуждены присутствовать как моя фаворитка. Ваш выбор?

– У меня нет платья.

– Платье – это меньшая из ваших проблем.

– Тут вы правы, – неожиданно согласилась она, отвела глаза и вся словно внутренне сжалась, потухла, выглядя до боли уязвимой и ранимой.

Владыка подавил желание подойти и обнять, готовый защищать ее от целого мира. Он задался вопросом, как много она знает или догадывается об интригах отца и, случайно, не предательство ли родного человека ее так гнетет?

– Элиссабет… – Он шагнул к ней, но замер, вовремя поняв, что сочувствия от него принцесса не примет. Сжал кулаки, давя нестерпимое желание прикоснуться, и сдержанно уведомил: – Платье вам завтра доставят.

"Миг слабости прошел, и принцесса быстро взяла себя в руки, что-то явно решив.

– Хорошо, я буду завтра на балу.

– В каком статусе? – не удержался он, дразня ее.

– В статусе вашей тридцать первой жены! – последовал возмущенный ответ.

– Рад, что хотя бы этот статус вы принимаете, – с едва уловимой ироничной улыбкой произнес Владыка, довольный выигранной партией.

Но улыбка быстро сбежала с лица, стоило Элиссабет тихо заметить:

– У нас говорят, что все познается в сравнении.

Настроение испортилось, как только он подумал, что в сравнении с Коганом неожиданно проиграл. Но Владыка слишком хорошо владел лицом, чтобы дать прочитать свои эмоции.

– Тогда до завтра.

Глава 27

– Пока, шантажист! – вырвалось у меня, но из осторожности в уже закрытую дверь. Надеюсь, кое-кто со своим острым слухом все же услышал.

А еще говорят, если хочешь не тушеваться перед собеседником – представь его голым.

Это сбивало настолько, что я на него взглянуть не могла – и теряла нить разговора. Коган, зараза! Как бы теперь стереть гадкие воспоминания из памяти?!

Вновь отвернувшись к окну, я постаралась вернуть себе утраченное самообладание.