Тридцать первая жена, или Любовь в запасе

– Боюсь, ваше общество для меня слишком приличное, так что спешу его покинуть, дамы."

"– Так быстро? Разве нет желания посмотреть, как живут жены повелителя? Тебе-то сюда без приглашения хода нет!

– Я вас удивлю, но абсолютно никакого желания. Не люблю находиться в толпе. Так что хорошего дня, дамы! – ответила Элиссабет и пошла дальше.

И тут любимица Владыки Фиррюза, подкупавшая своим непосредственным поведением, схватила с клумбы горсть земли и швырнула в спину принцессе, попав по пояснице.

Элиссабет остановилась и медленно развернулась, окидывая всех недоумевающим взглядом, в котором сквозило презрение.

– Достойное поведение для жен Владыки. А сделать это в лицо смелости хватит? – с вызовом спросила она.

Фиррюза ухмыльнулась. Маленькая и хрупкая, с пронзительными черными глазами и по-детски пухлыми щеками, она напоминала повелителю милую куколку, да и вела себя с ним как маленькая девочка. Но сейчас ее совсем не красило злобное выражение лица. Наклонившись вновь, она набрала земли и намочила в фонтане.

– А чего ты хотела? Пришла на ужин, облила нас всех грязью, теперь не жалуйся, что и мы тебя немного запачкаем.

И опять швырнула в Элиссабет. Целила в лицо, но грязь немного не долетела, веером испачкав грудь и подол юбки.

Владыка был в полном шоке от вопиющего поведения своей женщины и испытывал стыд. Он уже хотел вмешаться, но тут заговорила Элиссабет, которая сохраняла полное самообладание:

– Я вас как раз не трогала. Все мои претензии были к Владыке, а с ним мы выяснили разногласия.

Она быстро приблизилась к Фиррюзе и двинула ей кулаком в солнечное сплетение. Та охнула и согнулась. Элиссабет схватила ее за волосы и макнула головой в фонтан, а затем, задыхающуюся и хватающую ртом воздух, впечатала лицом в землю клумбы.

Выпрямившись, отряхнула руки и обвела всех взглядом.

– Запомните, я никогда не бью в спину, но если меня тронут, всегда отвечу ударом на удар!

Жены ошеломленно молчали и расступались, давая принцессе дорогу.

Фиррюза, драконица, с детства избалованная, привыкшая к тому, что с нее сдувают пылинки, подняла с земли заплаканное и грязное лицо и закричала:

– Тебя казнят! Ты не имела права! Все свидетели. Стража!

Но Элиссабет даже не обернулась и не ускорила шаг, а остальные жены быстро разошлись в стороны – к пострадавшей никто не подошел. Они часто жаловались на выходки Фиррюзы, она многим успела насолить, но Владыка спускал ей все с рук, принимая за детские проказы.