Тот, кто знает. Книга первая. Опасные вопросы

Бэлла Львовна играла с Ксюшей, держа девочку на коленях, а Ира на кухне подогревала кефир для вечернего кормления, держа бутылочку под струей горячей воды из крана."

"– Ну как? – Глаза Бэллы Львовны с тревогой впились в Наташино лицо. – Что в ЦК?

– Ничего, не съели меня, – пошутила Наташа. – Рассказали много интересного про нашего лидера, показали кое-какие материалы, фотографии. А вы тут как без меня? Как Ксюша?

– Сама видишь, – Бэлла Львовна с гордостью подняла улыбающуюся малышку, – мы здоровы, бодры и веселы.

Ира принесла подогретый кефир, Наташа переоделась, покормила Ксюшу и вышла на кухню. Нужно было заниматься ужином. Она открыла холодильник и остолбенела.

– Что это такое? Откуда?

– Из магазина, – гордо сообщила стоявшая рядом Иринка.

– Из какого магазина?

– Да из разных. Колбасу в «Новоарбатском» гастрономе брала, горошек и томаты – в «Смоленском», сгущенку – в молочном. А мандарины вообще на улице продавали.

– Ой, какая ты молодец! – Наташа благодарно чмокнула соседку в щеку.

– Да нет, нас с Ксюшей без очереди пропускали, – весело поделилась новым опытом Иринка. – Как увидят молодую маму с ребенком на руках, так и пропускают сразу же.

– Так ты что, девочку по магазинам таскала? – с ужасом спросила Наташа.

– Ничего я не таскала, – тут же обиделась Ира. – Мы гуляли с ней. А тут дефицит всякий выбросили, конец месяца.

– О господи, – простонала Наташа, – ты хоть что-нибудь соображаешь? В городе грипп, эпидемия, по радио и по телевизору каждый день предупреждают, а ты идешь с ребенком по магазинам, где куча народу и вирусы в воздухе летают. Есть у тебя голова на плечах или нет?

– Ничего там не летало в воздухе, – огрызнулась Ира. – Мы в каждом магазине минут по пять всего были, остальное время на улице гуляли.

– На улице… Ты ее тепло одела?

– Не волнуйся, как ты сказала, так и одела.

– Пледиком укрыть не забыла?

– Да укрыла я, укрыла, не беспокойся. Ладно, я пошла, мне еще уроки делать надо. Я ужинать не буду, колбаски только отрежу, можно?

Сделав себе бутерброд с черным хлебом и сервелатом, Ира скрылась в своей комнате.

В девять вечера Наташа уложила Ксюшу, но уже к одиннадцати девочка проснулась.