Тёмные московские ночи

В тяжелом бронированном вагоне трофейная команда привезла в столицу СССР так называемую золотую коллекцию Шлимана, состоящую из нескольких тысяч уникальных золотых предметов. Банда ярого противника советской власти Казимира Квилецкого тщательно подготовилась к налету. Бандиты раздобыли форму офицеров НКВД, проникли на автомобилях на территорию грузовой железнодорожной станции, где находился бронированный вагон, ввели в заблуждение охрану и обманным путем завладели ящиком с самыми крупными предметами из коллекции.

Начальник охраны все же заподозрил неладное и попытался задержать подозрительных персонажей.

Это дерзкое преступление получило широчайший резонанс. На кон была поставлена честь Московского уголовного розыска.

Дело поручили оперативно-разыскной группе Старцева, и менее чем за две недели сыщики сотворили чудо. Они разгадали, выследили, переиграли, в конце концов, возвели фундамент доказательной базы, благодаря которой банда Квилецкого была разгромлена, а утраченная часть золотой коллекции Шлимана – возвращена государству.

Месяцем позже случилось еще одно громкое дело. В подмосковном селе Челобитьево был зверски убит семидесятилетний настоятель местной церкви отец Илларион. Народ в ближайшей округе заволновался, загудел. Как же так?! Ведь церковь помогала государству в тяжелые годы! Стало быть, и государство должно ответить тем же, поймать негодяев и наказать по заслугам! Ход расследования взял на контроль ЦК партии и сам Лаврентий Берия.

Поначалу преступление показалось сыщикам простым и очевидным следствием алчности. Убийцы унесли из церковной кассы большую сумму денег, собранную прихожанами на возведение нового здания церкви взамен наполовину разрушенного старого. Касательно убийц у оперов возникало множество версий. Главными подозреваемыми долгое время оставались цыгане из табора, расположившегося близ железнодорожной станции Мытищи.

Сыщики вели кропотливую работу и постепенно, шаг за шагом вышли на главного организатора убийства, коим оказался высокопоставленный партийный функционер. Деньги из церковной кассы были ему не нужны. Их пропажа понадобилась для инсценировки ограбления и для того, чтобы следствие пошло по ложному пути.