Тихий городок

Осознав это, Мирзоев не пытался сблизиться с абверовцами: бездумно плыл по течению, старательно выполнял задания, мечтая в душе о том времени, когда наконец он вернется на Родину и заживет настоящей жизнью.

Он невольно замедлил шаги, услышав азербайджанскую речь. Разговаривали два солдата в форме восточного легиона. Они обсуждали какие-то свои дела. Одного из них Мирзоев, кажется, видел у себя на курсах. Хотя в абвере не было принято общаться с подчиненными во внеслужебное время, он, повинуясь внезапному порыву, подошел к солдатам.

…Из Баку Шамиля увезли, когда мальчику не было и десяти, но в мыслях он часто возвращался в родной город. Любить Баку научил его отец. Все годы, когда они жили в Турции, отец не уставал вспоминать Азербайджан, много рассказывал о нем сыну. И Мирзоев заговорил с земляками, которые еще недавно были там, дома. Он расспрашивал о Баку так, будто речь шла о какой-то диковинной стране: какая там погода, какого цвета море, как выглядят дома, много ли зелени… Но Тофик и его товарищ были начисто лишены воображения и не могли удовлетворить любопытство странного обер-лейтенанта.

Требовательно зазвонил телефон. Говорил полковник Макс Хейнкель, начальник разведывательной школы, которую окончил Мирзоев.

— Сегодня к четырнадцати ноль-ноль будьте на Тирпицуфер.

В школе Мирзоев считался одним из лучших. Сказалось университетское образование и врожденная смекалка. Правда, предметы, которые приходилось изучать, — история разведывательного дела, шифры, вербовка и работа с агентурой — не увлекали его, так же, как оставляли равнодушными рассказы о подвигах разведчиков «третьего рейха». Но Шамиль умел неплохо скрывать свои истинные чувства.

От беседы с полковником Хейнкелем у обер-лейтенанта осталось двойственное чувство.