Теплое сердце зимой

После целого века, проведенного в ненависти к себе, у него не было ни одной причины верить, что он может быть близок с кем-то достойным…

Зи резко оглянулся.

— Да?

Там было несколько ступенек, а потом Мэри, шеллан Рейджа, появилась в дверном проеме складского помещения. Женщина не была вампиром, но также она перестала быть человеком. Дева Летописеца вытащила ее из временного континуума после сделки, заключенной Рейджем ради спасения Мэри от рака в терминальной стадии. Взамен Брату придется до конца жизни жить со зверем внутри, и знаете что? Он был очень доволен своим выбором… и Зи его прекрасно понимал.

— Привет. — Женщина улыбнулась, пригладив рукой каштановые волосы. — Надеюсь, ты не против, что я последовала за тобой.

Зи посмотрел на вещь в своих руках.

— Я раньше спал на этом.

Пояснения ни к чему. Они провели много часов тет-а-тет, изучая его прошлое, проговаривая все, по возможности переосмысливая. Мэри была не только социальным работником от Бога, она также отличалась мудростью и внимательностью.

— Ты долго спал на этом матрасе, — сказала она, прислонившись к дверному косяку.

Как обычно она была одета в синие джинсы и уютный свитер, огромные золотые часы «Ролекс» не сочетались с полным отсутствием макияжа и некапризной прической «боб». Но Мэри никогда не снимала часы Рейджа.

— Ты решил навестить эту лежанку по какой-то конкретной причине? — спросила она.

— Не знаю.

— Видеть близкого тебе человека на грани смерти — это выбивает из колеи.

— Дело еще в том, что он сказал, когда пришел в себя. — Зи рассказал ей про фразу о демоне. — Он смотрел на меня в упор, когда говорил это.

— Ты посчитал это обращением конкретно к тебе?

— Было такое.

Когда он не продолжил, Мэри спросила:

— И ты подумал, что твоя Госпожа воскресла из мертвых, чтобы преследовать тебя?

Зи обдумал эту мысль. Логически..?

— Ну, нет. Я вспомнил о ней, когда услышал слово «демоница».

— Понимаю.

Он посмотрел на лежанку.

— Но знаешь… дело не только в этом. — Он вспомнил, как в спальне Налла бросилась к нему. — Еще не все ушло. То, что я думаю о себе, о своей изнанке.

— Можешь пояснить?

— Я про… грязь. — Зи посмотрел на нее.