Темный Лекарь 9

Но зато он мигом позабыл о своём намерении проучить непослушную жену тумаками."

"Шарлотта же, казалось, разом лишилась по отношению к нему всех эмоций. Любой привязанности и теплоты. Этот человек потерял для неё всякое значение.

Всё, что она сейчас чувствовала, это благодарность к Алине Астер, которая подарила её этот брелок, беспокоясь о том, что Лотте часто приходится возвращаться домой поздно вечером.

— Если к тебе привяжутся какие-нибудь хулиганы, просто прикажи брелку разобраться с обидчиком.

Но кто бы мог подумать, что это пригодится ей не в тёмном переулке, а в собственном доме!

Нет. Она больше никогда не назовёт это место своим домом. Не с этим человеком.

И равнодушно глядя на то, как Юрген пытается сохранить оставшиеся волосы, она взяла сумку и сказала:

— Я подаю на развод и больше не желаю тебя видеть. Общаться я буду только через юриста.

Она приказала брелку-химере прекратить атаку, и пушистый питомец тут же запрыгнул к ней на плечо. Но Юрген был в таком шоке, что больше не пытался остановить Шарлотту. Только смотрел на неё так, как смотрят на совершенно незнакомого, да, к тому же, опасного человека.

А она, тем временем, пошла к выходу и лишь в дверях на секунду обернулась и добавила:

— За вещами я пришлю кого-нибудь завтра.

* * *После того, как маги Блумфилд и Шарлотта Беккер приступили к работе над новым проектом, я вернулся к другим задачам.

Конечно, не сразу. Сначала мне пришлось провести для них несколько небольших уроков, отвечая на расспросы и лучше объясняя некоторые аспекты некромантии и особенности растений, подобных Вьюнке.

Шарлотта хорошо знала её внешние проявленияи то, как правильно за ней ухаживать, но не совсем понимала специфику её существования. Того, как магия поддерживает во Вьюнке её «жизнь» и делает её способной к выполнению различных задач.

В конце концов, я выделил девушкам в помощь даже одного химеролога из команды Алины.

Я полагал, что его знаний будет достаточно, потому что ни сама Алина, ни уж тем более я, этим заниматься сейчас не могли.

Всё потому, что на носу у нас снова была большая заварушка. Я не знал, когда точно мне понадобиться выступить на стороне Веласко и Сирен, но то, что это скоро произойдёт — было неизбежно.