Темная лошадка

Хозяйка оглядела нас быстрым, скользящим взглядом и несколько резко, спросила:

— Я могу взглянуть на ваши документы?

Протягивая корочку детективного агентства, Андрей продолжал убалтывать клиентку:

— Как я уже сказал вам вчера по телефону, наши интересы со следственными органами если и пересекаются кое-где, то в основном, лежат в разных плоскостях. Нам не нужны обвиняемые, мы не ищем козла отпущения, нам нужна правда. А это, как говорят в Одессе, две большие разницы.

Нина внимательно прочитала каждую букву на удостоверении Андрея и взглянула на меня, подняв в ожидании брови.

— Я дальняя родственница подруги вашей племянницы Бьянки, — объяснила я. — Вы слышали от Валерии это имя?

— Нет, — Нина поджала губы и вздернула подбородок. — Что конкретно вам от меня нужно? Кажется, я все уже рассказала милиции и добавить мне нечего. Валерию я не видела больше пяти месяцев, — уголки упрямо дернулись вниз.

— Простите, Нина нашу настойчивость… — заблеял Андрюша, и я тут же его перебила:

— Нина, вашей племяннице угрожает серьезная опасность.

 — Сказала и замолчала, вглядываясь в блестящие, черные глаза хозяйки, едва заметно метнувшиеся при этих словах. Этот невольный испуг выдал тетю Валерии, — она сама предполагала нечто подобное.

— Мою племянницу в чем-то обвиняют? — строго спросила она.

— А вам разве ничего не сказали? — удивилась я, и Андрюша кашлянул в кулак. Видимо, я нарушала какие-то установки-наработки «опытных профессионалов».

— Нет. Мне не сказали даже, почему их ищут.

«Ясен перец, — подумала я.

 — Ключи от чужой квартиры и порно съемку к делу не очень-то пришьешь. Видеозапись можно оправдать странными пристрастиями и своеобразным семейным фотоальбомом, — шантажа-то не было! — а ключи объявить „случайно найденными“».

— Но их настойчиво ищут, — твердо произнесла я. — Вам не кажется это странным?

— Кажется, — сухо кивнула женщина. — Если бы мне хотя бы намекнули в качестве кого разыскивают мою племянницу и ее мужа — как подозреваемых, обвиняемых или свидетелей… — Нина опустила голову и с присвистом, судорожно вздохнула: — а то только «нам нужно задать Валерии ряд вопросов».

Каких вопросов, вы мне скажите?! — вскинув голову, воскликнула Нина. — В чем их обвиняют?!

— Пока ни в чем, — тихо сказала я. — Но если мы их не найдем, на них повесят убийство. Я так думаю.

О чем думал Андрюша, осталось неизвестным, но кашлял он уже трижды.

Я призрела все намеки заслуженного бойца. Плачущие на кухне женщины моя стихия.

Впрочем.