Тебе назло

 — Цель у меня есть. Только мне нужно одно платье, на вечер. А туфли под него я у Ники возьму. Ты последние купила, как раз подходят по цвету.

Ника едва заметно сдвинула брови, но возражать не стала, хотя и было заметно, что ей очень хотелось. И вот в субботу я проснулась в предчувствии чего-то невероятного, было понятно, что этот день принесёт много перемен, очень надеюсь, что приятных.

Верка приехала к моему дому на такси. Завьялов уже был здесь, расхаживал взад-вперёд перед машиной и с кем-то по телефону разговаривал, вот уже минут десять.

Снова выглядел недовольным и на меня посматривал с явным укором. Ехать ему не хотелось, но меня это нисколько не волновало, поэтому и на взгляды его я никак не реагировала. А вот Верка, увидев его, кивнула в знак приветствия в некоторой прострации.

— Здрасьте.

Генка на неё оглянулся и телефон, наконец, выключил.

— Не здоровайся с ним, — сказала я подруге. — Садись в машину.

Сумку с её вещами Генка положил в багажник, а когда за руль сел, на нас с Веркой, устроившихся на заднем сидении даже не взглянул.

Мы выехали на дорогу, и тогда я уже громко поинтересовалась у подруги:

— Ты журналы взяла?

Верка взглянула на меня в удивлении.

— А ты просила?

— Ладно, — махнула я рукой, на Генкин стриженный затылок посмотрела, и громко и выразительно проговорила: — Я взяла ""Cosmopolitan"", будем читать вслух. Я вчера листала и видела там отличный тест, про парней… Вот: ""Что я о нём думаю?"".

Верка ко мне приблизилась и, понизив голос, спросила:

— Ты про Лёшку будешь отвечать?

Я снова глянула на затылок Завьялова.

— Конечно.

Я достала ручку, и мы принялись за дело. Каждый вопрос я с выражением читала вслух, а потом принималась рассуждать. Вот только в голове был почему-то не любимый Лёшка, а негромко посмеивающийся с водительского сидения Завьялов. Наверное, поэтому и результат получился со знаком минус. Не очень-то хорошо я думала о человеке, чьё имя крутилось в моей голове, что и не удивительно, злилась я на Генку жутко. А вот Верка, которая этого не знала, сильно удивилась в итоге.

Но спрашивать ни о чём не стала, в присутствии Завьялова она отчего-то смущалась и вспыхивала, если случалось с ним взглядом встретиться в зеркале заднего вида.

— А сколько ему лет? — спросила меня подружка, когда мы остановились на заправке, и Генка из машины вышел."

"— Кому? — не сразу поняла я.

А Верка пальцем на водительское место ткнула.

— А, Завьялову… — Я потёрла кончик носа. — Двадцать девять, кажется. А что?

— Ничего.