Тебе назло

Он даже когда целовал меня, в его поцелуях было столько сдержанности и благоразумия, аж холодом веяло, честное слово. Мне так и хотелось стукнуть его хорошенько, чтобы прекратил притворяться.

А ещё он мне цветы дарил! Каждый день, каждый раз разные, и моя комната очень быстро оказалась заставленной вазами и наполнена смешанным сладким цветочным ароматом — розы, хризантемы, герберы, ирисы, лилии. После того, как поутру мне с курьером прислали букет гладиолусов, я стала ждать, когда в цветочном салоне закончатся красивые и дорогие экземпляры, и Генка перейдёт к фикусам или кактусам, продолжая стараться поразить моё воображение.

Это уже даже смешно не было. Это был не мой Генка, и я уже не хотела романтики. Хотелось крепких объятий и жарких поцелуев, даже если бы пришлось снова от всех прятаться. Но где спрячешься, если папка глаз с нас не спускает? И ведь присматривается с недоверием, а на Завьялова вообще с подозрением смотрит, словно тот его несовершеннолетнюю дочь развратить задумал. Ну что сказать — интуиция у папки всегда была что надо, правда, на этот раз он явно опоздал с беспокойствами. Ему бы года четыре назад интерес проявить к тому, чем его дочь в гостях у Завьялова занимается, вот тогда образовательный курс занимательной сексологии был в разгаре, а сейчас… Сейчас я замуж хочу. И мне не нравится, что стадия ""знакомства с родителями"" грозит затянуться.

— Давай съездим куда-нибудь на выходные, — предложила я Генке.

Позвонила, получив очередной букет, разглядывала его без всякого удовольствия, а томление в душе было совсем по-другому поводу. Не хочу больше красоты, хочу уехать ото всех подальше и пар выпустить.

— Кирилл разрешит? — усмехнулся Завьялов на другом конце провода, и что-то сказал в сторону. Я услышала музыку и поняла, что он в клубе. Снова, наверное, смотрит, как девчонки у шеста репетируют. Вот куда это годится?

Я на кровать села, голову опустила, взъерошила волосы.

— Я с ним поговорю. С Никой поговорю, — пришло мне в голову решение проблемы. — Она сможет его убедить.

— Очень в этом сомневаюсь.

— Гена, ну что делать-то?

Он снова усмехнулся, на этот раз веселее.

— Ты же этого хотела, разве нет?

— Нет, не этого. Я не думала, что папка неожиданно спятит. У меня уже терпение кончается, честное слово.

Завьялов засмеялся, а я совершенно не понимала, по какому такому поводу он веселится.