Тайная жизнь моего мужа

Кстати, почему?

Мгновенно вспыхнувшая в голове после этого вопроса картина того, как Артем пытался столкнуть меня с лестницы, показалась такой живой и пугающей, что я нервно вздрогнула. Но нужно ли было говорить об этом Эмилю, поверит ли он хоть одному из моих слов без возможности это проверить? Я не знала. Необходимость что-то доказывать и прорываться через чужое недоверие казалась унизительной, но разве я могла сейчас позволить себе быть гордой?..

— Артем пытался мне навредить, — призналась, переступая через себя.

— Как?

— Он толкнул меня и я едва не упала с лестницы, лишь чудом зацепилась каблуком о сломанную ступеньку.

Я повернула голову в сторону Эмиля и с горечью заметила:

— По-моему, это лучшее доказательство того, что этот ребенок не может быть от него. И он это прекрасно знал.

— Но вы лечились от бесплодия.

— Это была одна из его манипуляций. Очень удобно было держать при себе жену, подавленную чувством вины от своей… неполноценности.

— Ясно, — произнес Эмиль отсутствующим тоном, словно мысли его были не здесь.

— Итак, вам сейчас нужно укрытие и средства к существованию, так?

— Да, — кивнула я, не понимая, к чему он ведет.

— Что ж, значит остался только один вопрос, Вероника. Сколь далеко распростираются ваши доброта и сочувствие?

— К чему вы это?

— Моему отцу нужна сиделка, как вы сами заметили, а вам — работа и место, где муж вас не найдет.

Я потрясенно посмотрела на него:

— Но у меня ведь нет необходимого опыта… Я — пианистка, весьма далекая от каких-либо познаний в области медицины…

— От вас ничего особенного и не требуется, — спокойно заметил Эмиль.

— Они имеют для него какое-то особое значение?

Лицо Эмиля переменилось. Привычная жесткость спала, оставив лишь мрачную тень.

— Это подарок моей матери, — ответил он с явной неохотой.

Мне было неловко продолжать эту тему — я и так зашла слишком далеко, сунув нос туда, куда не следовало. Но если он хотел, чтобы я сидела с его отцом, то, наверно, какие-то вещи мне все же нужно было знать.

— А кто такая Лена? — рискнула спросить я, в любой момент ожидая, что меня поставят на место.

— Моя сестра, — последовал лаконичный ответ.

— Она… уехала?

— Она умерла.