Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)

Действительно заблудилась!"

"Развернулась назад, но там, вместо лестницы виднелась глухая стена! Ее не должно было там быть, но… Испуганно прижимая руки к груди, я прошла по узкой комнате, открыла дверь и едва не закричала, обнаружив за дверью обрыв! Отступила обратно, пока спиной не уперлась в еще одну дверь, обернулась и поняла, что я уже не в комнате, а в коридоре! Огромном, длинном, с высокими сводчатыми потолками мрачном и едва освещенном факелами коридоре!

Хотелось закричать от страха, хотелось броситься бежать, в надежде встретить хоть кого-то, но это было бы слишком неразумно - а вдруг за очередной дверью снова будет пропасть?! А здесь факелы, значит военные ходят, как минимум постовые.

И я осторожно прошла к стене, села, обняла руками колени и решила дождаться хоть кого-то. Ждать пришлось долго, я продрогла на холодном полу, но идти куда-либо все равно было бы глупо.

Непонятно как, но я уснула. Сначала старалась сопротивляться, часто моргала, всматриваясь в тусклые пространства коридора, а после сон сморил окончательно.

И мне приснился дом, наш загородный, огромный и несуразный, построенный еще пять веков назад и неизменно достраиваемый нашими предками. Мне снилось, что я бегаю по нему в поисках бездомной собачки, подобранной мной в деревне и укрываемой от всех домашних, потому что я точно знала - выгонят. Мне снилось, что я заблудилась, плакала, и заснула в левом крыле, обветшалом и заброшенном, а потом меня нашел папа.

Укоризненно произнес ‘Ариэлла’, поднял на руки и понес в детскую, к сестрам. И я обняла его за шею, правда почему-то неудобно было, во сне у него шея какая-то высокая оказалась и жесткая, но я все равно прижалась крепко-крепко и попросила:

— Папочка, не выгоняй Бусика.

— Бусика?! - и голос у папы был не привычным, низким, хриплым и странным.

— Он хороший, - прошептала я, уткнувшись носом в его плечо. - А на улице холодно и дождь и Бусик там будет совсем один, а от одиночества умирают.

— Глубокомысленное замечание, - папа говорил странно.

Странный сон, очень. Но мерное покачивание уверенных шагов убаюкивало, а вскоре меня положили на постель в детской, и папа привычно снял с меня очередное испачканное платье, а потом укрыл и осторожно погладил по щеке.

— Я тебя очень-очень люблю, - прошептала я.

Папина ладонь, сильная и чуть шершавая, замерла. А мне уже снились морские просторы и Локар, играющий с моими волосами.