Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)

— Удивлены? - взгляд на меня, взгляд снизу вверх и мрачное: - Полагаю вы не были в курсе происходящего… Впрочем, - насмешливый взгляд, - знай вы о роли, на которую готовила вас матушка Иоланта, свитка договора я не увидел бы в жизни. Следовательно, вас оставили в неведении.

— Я, - еще одна попытка вырваться, - я вообще не понимаю о чем речь. Вы… и обвинения в измене, лишены всякого смысла, лорд Грэйд. Матушка Иоланта…

— Матушка Иоланта, моя драгоценная Ариэлла, - прошипел герцог, - как и все в империи прекрасно осознает - на Теодора повлиять невозможно, чего не скажешь о его младшем брате Генрихе, неизменно преклоняющем колени в храмах столицы.

Вы понимаете, о чем я?

Отрицательно качнула головой и услышала насмешливое:

— Надо же, леди Уоторби, где же ваша не по годам развитая проницательность?

Внезапно герцог вскочил, но все так же продолжая крепко удерживать меня, коснулся подбородка, вынуждая запрокинуть голову и задал неожиданный вопрос:

— Леди Уоторби, а вы знакомы с его императорским высочеством?

— Я?! - просто не верю, что все это происходит.

- Лорд оттон Грэйд, мы не были представлены друг другу и ваш вопрос…

В следующее мгновение лорд склонился надо мной и произнес:

— Да, или нет, леди Уоторби?

Меня пугает этот страшный, лишенный чести и воспитания человек. И тот факт, что он сжимает меня в объятиях столь крепко, что мне практически больно, пугает еще больше и…

— Ариэлла, - тон герцога вдруг стал обманчиво мягким, он будто обволакивал, вынуждая прислушиваться, - просто ответьте, вы встречались с Генрихом или нет?

Я отвела взгляд.

Потому что наше знакомство с его высочеством совсем не было соответствующим нормам приличия и… он благородно согласился забыть о том инциденте, я была ему искренне за это благодарна.

— Ари! - прорычал лорд оттон Грэйд.

— Мы не были представлены друг другу! - решительно повторила, уже сказанное ранее.

И взяв эмоции под контроль, взглянула в черные глаза нависшего надо мной темноволосого мужчины.

Мелькнула странная мысль: ‘У его высочества Генриха глаза голубые как летнее небо, волосы светлые, словно поля созревшей пшеницы, а черты лица красивые и благородные’. Впрочем, в отношении его высочества я могла с уверенностью утверждать - красота являлась наименьшим из его достоинств. Прекрасное воспитание, изысканные манеры, образование, отточенное лучшими университетами империи и начитанность, позволявшая ему часами цитировать изречения древних философов.