Светлейший. Отпуск не по плану (СИ)

Оксана уже освободилась и проводила его к деду. Состояние Святослава Николаевича улучшалось прямо на глазах — сработало мое лечение. Качественно вырвал эту дрянь. Так что лекарю оставалось только провести несколько простейших манипуляций с эфиром и отправиться восвояси восстанавливаться.

Мне подумалось, что старшего Костенко можно было отправить к нам в Выборг. Воздух свежий, прогулки на природе, кормят хорошо. Быстро восполнит силы и уже через месяц будет готов к новой экспедиции. Но это если согласится расстаться с Оксаной.

"— Здесь мы закончили, — сказал Черкасов, собрав все описи, протоколы и прочие документы. — Дальнейшее разбирательство будет проходить в стенах Четвертого отделения.

Аграфена обреченно взглянула на часы. Все планы помощницы пошли коту под хвост — зная державную бюрократию, мы окажемся дома в лучшем случае к ужину.

Я подал плечами.

— Что поделать. Лучше уладить все сегодня, чем нас потом вызовут в самый неудобный момент.

— Тоже верно, — отозвалась помощница.

Сначала люди Черкасова вывели задержанных салтыковцев. Их рассадили по двум автомобилям. Костенко отправились в центр на машине Хинштейна — адвокат приехал на роскошной белой «Омеге», на которую тут же положила глаз местная шпана, но сделать ничего не успела.

Радулов тоже поехал, но отдельно, хотя мог присоединиться к задержанным. Для меня это был знак — Салтыковы открещивались от поддержки.

Последними на улицу вышли мы с Аграфеной и Черкасовым.

— Что ж, дело запутанное, — сказал экспедитор. — Прибавили вы мне работы, Алексей Иоаннович.

— Спасибо, что так быстро отреагировали.

Аграфена направилась к нашему автомобилю, но Черкасов жестом попросил меня задержаться.

— Алексей Иоаннович, — тихо сказал он, — протокол — это протокол. Я записал то, что вы сказали о причине своего визита на этот адрес. Но давайте начистоту. Неужели вы думаете, что я поверю в эту сказку?

Глава 21

— Прошу прощения, Евгений Андреевич? Боюсь, я не понимаю, что вы имеете в виду.

Экспедитор оглянулся по сторонам и понизил голос.

— Я понимаю. Вы защищаете ее, она защищает вас. Но я не смогу вам помочь, если не буду понимать, с чем на самом деле имею дело. Поэтому прошу вас, Алексей Иоаннович, если вы что-то знаете…

А он ничего, этот Черкасов. Раскусил нашу с Оксаной сказочку. Но только кретин на его месте подумает, что я просто так возьму и расскажу правду. Хотел бы — выложил бы все, как есть, с самого начала.