Сумрак

Хотя на самом деле это казалось довольно мило, и теперь в моей постели было тесно, а за окном светила луна и поезд вибрировал под нами.

Следуя в ад. И со мной прямо сейчас все мои друзья. Я действительно любила их.

Я села, перелезла через тело Рори и осторожно встала с кровати, глядя на двух красивых парней. Серийный убийца с одной стороны, сын террориста с другой. Боже, мои родители гордились бы мной.

Что они оба собирались делать после того, как мы доберемся до Тандер-Бэя? Они не могли пойти домой.

А за Уиллом?

В джинсах и рубашке, я надела кроссовки Алекс и завязала шнурки.

Вышла из комнаты, окна покрылись испариной от обогревателей, но видела, как снаружи хлещет дождь.

Мне нужна была еда. Не могла вспомнить, когда ела в последний раз, и теперь жалела, что не съела тот бутерброд, пока ждала на кухне.

Кажется, это было вчера. Сейчас, наверное, уже за полночь.

Боже, разве я вчера готовила пирожные? Чинила люстру? Занимались любовью с Уиллом в душе? Казалось, с тех пор произошло столько всего.

"Кухня была следующей после вагона с баром, и я все еще не видела Уилла с момента столкновения там ранее. Ни во время моих поисков, ни когда вернула телефон Эрике час спустя, ни сегодня, когда почувствовала запах еды, которую катили по коридору мимо моей комнаты, к сожалению, не останавливаясь у моей двери.

Странно. Я сделала только один звонок с телефона Эрики. Думала, что у меня будет много дел, но после того, как позвонила в свою фирму и оставила им сообщение, заверив, что я в безопасности, я не знала, с кем еще связаться.

Мартин меня не интересовал, бабушка умерла, больше у меня никого не было. Ни друзей. Ни домашних животных. Ни один мужчина меня не ждет.

Кажется, вчера должна была пойти к стоматологу…

Пройдя по следующему коридору, подошла к кухонной двери, но услышала крик и остановилась на мгновение.

– Ох, – простонал женский голос.

Я не знала, Эрика это, Уинтер или еще кто-то, но голод терзал мой желудок.

Пройдя на цыпочках по коридору, бросила быстрый взгляд на дверь кухни и увидела обнаженную спину Уинтер Эшби, которая сидела на стальном рабочем столе в темной кухне, обнимая мужа.

– Я люблю тебя, – прошептала она, когда он поцеловал ее в шею.

Обхватив его лицо руками, она прижалась губами к его рту, медленно и нежно задерживаясь перед тем, как поцеловать его щеки, нос, лоб и виски.