Сумрак

Скорее всего, коп уже выключил все приборы, когда припарковался здесь с девушкой, но я не хотел, чтобы у него была возможность позвать на помощь.

Я полез в карман толстовки, вынул сотовый и швырнул его через крышу машины Дэймону, прежде чем вытащить кусок толстой веревки.

Я подошел, поставил ногу ему на спину и толкнул его обратно на землю.

– Не ищи нас, когда все закончится, – прошептал я, пытаясь скрыть свой голос. – И больше никогда не прикасайся к женщинам. Ни к Ривер Лэйтон. Ни к Эмери. Ни к кому. – Я наклонился и обернул веревку вокруг его шеи.

Он ахнул и застонал. Я перевернул его на спину, и его глаза сузились, когда он встретился с моими.

Извиваясь, он откатился в сторону и попытался подняться, но через мгновение мы все столпились вокруг него, пинали и били кулаками.

Я кивнул в сторону Кая, и мы подобрали Скотта, отвели его вглубь склада и связали ему запястья, закрепив их над головой на стальной балке.

Мы отступили.

Я сделал паузу. Документировать это было глупо, но…

Облизнул губы, кипя от злости и все еще ощущая вкус бурбона, который пил в машине.

Я жаждал на это посмотреть. Чтобы пережить это заново. Видеть, как он страдает снова и снова.

– Посмотри на меня, – прошептал я.

Он тяжело дышал, я подошел и снял с него служебный пояс, уронив его на землю.

– Посмотри на меня, – тихо зарычал я снова.

Он медленно поднял глаза и мы встретились взглядами.

А потом… засранец улыбнулся.

– Ты думаешь, это моя вина? – спросил он так тихо, чтобы только я его услышал. – Что она отвергла тебя?

Я сжал кулаки.

А потом он засмеялся, обнажая зубы, блестевшие от его собственной крови.

– Я был бы счастлив, – сказал он. – Еще лучше, если бы она забеременела. Иметь все эти деньги, власть и связи? Бесценно. Наконец-то она была бы полезной.

Я замер, едва дыша.

Он сплюнул, заливая все вокруг кровью.

Но я даже не моргнул.

– Она знала, что ты неудачник, – сказал он. – Ты оказался бы просто пьяным бабником, каким ты сейчас являешься, и не вписывался бы в ее жизнь.

Моя кровь закипела с новой силой.

Он знал, кто мы такие, но мне было все равно. Маски и шепот были для камеры, а не для него.

Он был прав? Нет. Она не говорила этого, но знал, что она любит меня. Чувствовал это.

Это был он. Он заставил ее забыть обо мне.