Сумерки. Сага. Закат (СИ)

Еще больше за то, что стали семьей для Эндрю, в которой он был действительно счастлив. Но я не думаю, что вы обидитесь, если я скажу, что Эндрю люблю все-таки больше.

— Я все еще в шоке, что ты вообще можешь кого-то любить. Но раз такое дело, то можно я буду твоим вторым любимым братом?

Его перебил недовольный голос Кевина:

— По-моему, очевидно, кто его второй любимый брат.

Аарон самодовольно ухмыльнулся.

Сказал бы кто Нилу всего несколько дней назад, каким важным для него станет Аарон Миньярд, он плюнул бы этому человеку в лицо.

А оно все вот как обернулось…

Кстати, ведь кое-кого еще совсем недавно тошнило от разговоров о любви.

— Если ты не пойдешь со мной немедленно, я выволоку тебя сам. — Эндрю терял терпение, но злым больше не выглядел.

Уже отойдя на довольно приличное расстояние от дома, Нил услышал веселый голос Ники:

— Как будто Эндрю смог бы с ним справиться.

***POV Эндрю.

Когда до стадиона в Балтиморе оставалось не больше километра, Эндрю наконец смог проникнуть в мысли Аарона.

То, что он там увидел навсегда отпечаталось в его памяти. Он никогда не сможет этого забыть.

Нил. Его Нил, залитый собственной кровью, шептал его имя, умолял прийти, но Эндрю там не было. Он только приближался к стадиону, когда ищейка дал Джостену время попрощаться.

” — И прошу тебя, скажи… остальным, как сильно я люблю их. Что… не о чем не жалею и прошу… прощения…”

Слишком невыносимо. Так больно Эндрю не было никогда в его долгой жизни."

"Ворвавшись на поле он понял, что не успел.

Эндрю и так знал, что опоздает, но когда увидел это собственными глазами, то испытал ни с чем не сравнимое горе. Он схватил Рико за волосы и отшвырнул его в руки взбешенного не меньше его самого Ники. Кевин уже нависал над Аароном, вынимая шест из его груди, на что его брат даже не отреагировал. Он пустым взглядом смотрел в обожженное лицо Нила и думал о том, как сильно он был виноват перед этим человеком.

Но это все Эндрю осознавал лишь краем сознания.

Все, что он на самом деле видел в тот момент, это распластавшееся на стуле израненное тело самого дорогого для него человека. Раны Нила были смертельными, он умирал прямо в эту секунду, а Эндрю только и мог, что осторожно приподнять его за подбородок и ужаснуться тому, что увидел.

Лицо Нила было не просто обожжено. На нем была глубокая вмятина из которой торчали раздробленные кости. Эндрю не мог поверить, что он и вправду допустил подобное.