Страсть дракона

Брюна тоже заняла свое место, поставив на плечо кувшин, и сделала знак, чтобы подняли занавес. Я не удержалась и высунула голову, чтобы посмотреть на живую картину из зала

- вместе со всеми.

Да, все-таки, это было очень, очень красиво."

"Поставленные с двух сторон светильники давали свет снизу, накладывая на предметы и лица таинственные тени. Брюна была прекрасна в своем восточном костюме, а Ульпин склонился перед ней, как учтивый слуга, предлагающий красавице стать женой его хозяина.

Не я одна была захвачена волшебным зрелищем - слуги охали и ахали, сопровождая восторженными возгласами каждое поднятие занавеса.

Исполнители трижды меняли позы, показывая, как слуга надевает красавице на запястья браслеты, как уговаривает ее поехать с ним в его страну, к его господину...

Потом представили похищение Фамари, и Брюна с таким мастерством изобразила ужас и отчаяние девушки, которую забирали по приказу царя, что леди Фредегонда всхлипнула и отвернулась. Я посмотрела на дракона - он ничем не выказал интереса к представлению и, кажется, даже задремал.

После Фамари наступила моя очередь. Я без особой охоты сбросила халат и вышла за опущенный занавес, пока Брюна носилась вокруг, расставляя служанок с чашами воды и тазами для омовения. Ульпин занял место на возвышении - там была крыша царского дома.

Принесли несколько свечей, ширму из тростника - все как на самом деле, когда дама решила освежиться в знойный день.

Я села на складной деревянный стульчик, поставив босую ногу на скамеечку и мечтая, чтобы все это поскорее закончилось.

Подлетела Брюна и отбросила мои волосы с груди на спину, пробежавшись по прядям гребешком. Потом заставила меня чуть повернуть голову к плечу - как будто я отворачиваюсь от воды, которую должна вылить на меня служанка.

- На счет «три»! - громким шепотом скомандовала Брюна, убегая за край рамы. - Раз! Два! Три!!.

Занавес подняли, и раздались очередные возгласы восхищения.

Лоб мой покрылся испариной - мне было неприятно сидеть на виду у всех, в одной рубашке.

Прошло несколько секунд, прежде чем скованность хоть немного меня отпустила, и я осмелилась поднять глаза, чтобы посмотреть на зрителей. Я сидела лицом к ним и не могла видеть «царя», но судя по тому, что взгляды женщины были устремлены поверх моей головы, Ульпин произвел впечатление. Я еле сдержала улыбку, потому что вспомнила слова Ундисы - не слишком-то она и прихвастнула, рассказывая о своем братце, а потом я встретилась взглядом с драконом.