Страсть дракона

Я подумала, что вряд ли Брюна позволит мне оставить их у себя. Она была обижена, по-настоящему обижена - и наступала на отца, уже выпячивая нижнюю губу и жалостливо поднимая брови, готовясь заплакать и применить самое опасное оружие - слёзы. Потому что какой отец потерпит слёзы единственной дочери?..

- Я - твоя дочь, - сказала Брюна плаксиво, - и у меня должно быть всё самое лучшее... Ты сам говорил!..

Служанки ползали на коленях, подбирая жемчужные зерна, а я смотрела на дракона. Он поманил Брюну пальцем, и когда она подошла, взял ее за шею притягивая к себе.

- Отдайте ей розовый жемчуг.

- Где Ундиса? - спросил герцог у матери, разом потеряв интерес и ко мне, и к дочери.

- Наверное, пошла присмотреть за прачками, - невозмутимо ответила леди Фредегонда. Дракон кивнул и пошел к выходу - торопливо, потирая ладони.

- Идем, - громко позвала меня Брюна. - Я дам тебе шкатулку. Она из красного дерева, с оленем, сложишь туда жемчуг, - и она ринулась за отцом, который уже скрылся в коридоре.

Я догнала дочь дракона на лестнице, когда она кралась по ступеням, высовывая голову в окна.

- Ты очень добра, - сказала я девушке, - но мне не нужны ни жемчуг, ни шкатулка, оставь все себе.

Она шикнула, чтобы я замолчала, и вытянула шею, глядя куда-то вниз. Я проследила ее взгляд и увидела Ундису. Она стояла, скрестив руки на груди, и наблюдала, как прачки разворачивают белье, развешивая его на веревках, натянутых через двор.

До нас Брюной долетел резкий голос управительницы, и мне показалось, что еще немного

- и нерадивая прачка получит оплеуху за плохо выстиранное белье, но тут во дворе появился дракон, и служанки поклонились и попятились, торопясь удалиться.

Ундиса не стала пятиться и кланяться, а обернулась навстречу милорду Тевишу с улыбкой. Женщина была очень хороша сегодня - в зеленом платье, с тугими косами, перевитыми серебряными нитями. Косы конкубина уложила вокруг головы короной и держалась так же гордо, как если бы была увенчана настоящей короной. Но когда милорд Тевиш поманил Ундису пальцем, она отбросила королевское высокомерие и подбежала к дракону, приподняв подол платья, чтобы не наступить.