Чехов. Книга 10. Грехи отцов

— Кажется я плохо на вас влияю, Павел Филиппович, — шепнула девушка. — Вы в какой-то мере нарушили закон.

— Может прозвучит по-детски, но не я это начал, — спокойно ответил я. — И когда люди играют нечестно, стоит менять правила… К тому же мне очень не хочется, чтобы в альманахе, который потом вручат всем гостям вечеринки, на фотографии рядом со мной была не самая красивая девушка Петрограда, а какая-то там Свиридова…

Арина собиралась что-то ответить, но в этот момент мы вышли в новый уголок сада, где нас встретили фейерверки.

Мне показалось, что Нечаевой от всего этого стало слегка не по себе. По крайней мере, я решил так потому, что девушка тесно прильнула ко мне, ухватившись за руку еще крепче. Однако я не возражал.

Мы пробежали по дорожкам и внезапно выскочили в новую локацию, сразу оказавшись в тишине, которая буквально вынудила недоуменно затрясти головой, чтобы убедиться: с моими ушами все в порядке.

— Как вы?

Но девушка как-то странно подобралась и испуганно оглянулась. Это меня насторожило.

— Что случилось? — спросил я обеспокоенно.

— Здесь что-то не так… — тревожно пробормотала Нечаева, и мне показалось, что ее глаза полыхнули потусторонними бликами.

— Все в порядке, — проскрипел чей-то голос, из полутьмы и на дорожку вышел старик. — Вы просто ошиблись переходом.

Я оглянулся, только сейчас заметив почерневшие деревья, голую землю и обугленные камни на дорожке. Стало понятно, что данная часть сада пострадала от огня, и это было странно, учитывая, сколько здесь было безопасников, следящих, чтобы стихия не повредила гостям и природе.

— Пойдемте со мной, вас не должны тут видеть, — забеспокоился старик, размахивая руками.

Одет он был вычурно — расшитый золотом камзол, узкие штаны, сапоги из белой кожи. И только тут я заметил, что его ноги не касаются земли. И сразу все понял. Прямо спросил:

— Как давно вы умерли?

Старик замер. Потом он медленно повернулся к нам и вздохнул. Его плечи опустились.

— Кажется, это было только вчера… А может быть минули десятилетия, — негромко сказал он. — Я не знаю… Иногда я забываюсь и пытаюсь куда-то уйти.