Стеклянные крылья

Петер Демант отошел в сторону и закрыл за ней дверь, сначала окинув долгим взглядом пустую лестницу. Мария прошла через приемную в его кабинет, запрыгнула на гладкий стол и стала болтать ногами. Он пришел к ней – взгляд, как у пантеры, подкрадывающейся к добыче: пристальный и осторожный.

– Большинство людей уже давно спросили бы меня, почему я захотела встретиться. Но тебе ведь это не нужно? Ты прекрасно знаешь, почему мы здесь. Причина может быть только одна.

Он остановился в паре метров от нее. Она буквально видела, как зашевелились клетки его мозга.

Мария улыбнулась, давая понять, что ответ на этот вопрос – все.

– Чего ты хочешь? Денег?

Он говорил свозь зубы, не сводя с нее мрачного взгляда. Мария больше не улыбалась.

– Я похожа на человека, которого интересуют деньги, Петер? Я хочу только одного: справедливости. Честности. Предать все огласке. Это единственный шанс на то, чтобы у Исака и меня появилось будущее. А ты можешь радоваться, что у тебя не отняли жизнь.

Петер шагнул к окну за письменным столом и встал наискосок от Марии, у нее за спиной.

Он заговорил медленно и нерешительно:

– Неважно, кто убил Риту и остальных, – этот человек наверняка не в себе.

– Да, у него с головой не в порядке. Жаль, что ему не помогли вовремя. Разве я не права? Твоя профессиональная оценка?

Она заметила, что от него веет нерешительностью, хотя он сам этого не осознавал.

– Психологи полиции проведут психиатрическое освидетельствование, и наверняка окажется, что…

– Ах да, что убийца – психопат.

На несколько секунд он словно застыл. Затем помотал головой.

– Не понимаю, к чему этот разговор. Честно говоря, я уже от него подустал…

– Ну надо же! – Мария примирительно рассмеялась. – Давай объясню: я пришла сюда спросить, почему ты проводил на четырех пациентах «Бабочки» медицинский эксперимент?

– Хватит, Мария, я никогда в жизни…

Она прервала поток возмущения осуждающим взглядом, ясно дававшим понять: ему не стоит тратить ее время на всякую чушь.

– Деньги? Что дает неофициальное испытание нового нейролептика, который еще не вышел на рынок? Миллион? Два? Десять? Ничего не екает?

Он даже бровью не повел."

"– Хуже всего то, что ты, в отличие от всех, понимал, что делаешь.