Спасите меня, Кацураги-сан! Том 2

— Вчера на протяжение приёма вы указывали мне на самые важные моменты терапии. И все эти советы мне пригодились этой ночью.

— Не перекладывайте все заслуги на меня, Кондо-сан, — улыбнулся я. — Учёба — это всегда труд двух человек. Учителя и ученика. Если бы вы не запоминали всего, что я рассказываю, толку от моих наставлений бы не было. Так держать!

Хоть за ночь нам не удалось даже глаз сомкнуть, на приём в поликлинику мы с Кондо Кагари пришли в приподнятом настроении.

Весь день мой стажёр с особым вниманием впитывал всё, что я ему рассказывал.

Когда я вошёл в квартиру, мне показалось, будто я не был там целую вечность. Заварив крепкий чай, уселся на диван и начал анализировать всё, что произошло за последние несколько дней.

Честно говоря, к Кондо Кагари я уже начал привыкать. Поначалу он казался мне воплощением всего дерьма, что я пережил из-за его семьи. После я понял, что Кагари никак не связан с интригами Кондо, и тут же окрестил его обычным недоврачом.

И его судьба целиком и полностью зависит от меня.

На следующей неделе должна прийти зарплата, а это значит, что полученные деньги нужно будет распределить с умом. Часть отправить Канамори Рико за аренду квартиры, часть перевести родителям. Всё-таки на них до сих пор висит долг за обучение предыдущего владельца этого тела.

Кстати, о родителях… Было бы неплохо поговорить с ними. Судя по всему, прежний Кацураги Тендо не часто с ними связывался. Но как по мне, это — явный признак плохого тона. Пусть моя душа и не имеет родства с семьёй Кацураги, но теперь я с ними связан, и игнорировать это ни в коем случае нельзя.

Я набрал номер Кацураги Сомы — своего отца.

После пяти гудков, мужчина снял трубку.

— Тендо-кун! — воскликнул он. — Что-то случилось?

Очевидно, что прежний «я» звонил родителям только в том случае, если ему требовалась их помощь.

— Добрый вечер, отец, — ответил я. — Нет, ничего не случилось, просто хотел поговорить с тобой. Поделиться хорошими новостями.

— Вот как, Тендо-кун? Ты, наверное, закончил стажировку у доктора Номуры-сан? Тебя допустили к врачебной деятельности? — с надеждой в голосе спросил отец.

Приятно было осознавать, что мой ответ превзойдёт все его ожидания.