Алая гроздь турмалина

Судьбы дома, надо признать, это особо не поменяло – здесь все так же гремели званые вечера, на которых бывали члены императорской фамилии, представители дипломатического корпуса, министры, а также люди искусства.

Барин Мятлев, владелец двенадцати тысяч душ, крестник Екатерины Второй, привечал у себя в доме Пушкина и Вяземского, Крылова и Жуковского, считавшихся ему друзьями. Литературные салоны и музыкальные вечера в «Доме у Исаакия» проходили практически ежедневно, гости на них сменялись достаточно часто, поэтому ничего сложного в том, чтобы попасть на один из вечеров, не было.

Его сестра Елизавета Францевна приходилась женой, то есть сейчас уже вдовой человеку, чей портрет украшал один из самых роскошных залов Зимнего дворца. Карл фон Гессен – экс-губернатор нескольких российских городов и военный губернатор Риги, имел славный боевой путь, а его имя открывало многие двери.

Спустя два года после скромных похорон, Елизавета Францевна, которая была на пятнадцать лет моложе мужа, в смятении и без предупреждения приехала к брату, в небольшой губернский город, где тот служил в весьма высоком чине.

Елизавета Францевна придирчиво отбирала, что увести с собой, что продать, что раздать, что выкинуть, а что сжечь. Служебные бумаги покойного супруга казались ей скучными, но, исходя из чувства долга, она все-таки заставляла себя хотя бы час в день просматривать их, чтобы не пропустить что-то важное.

И вот ей в руки попало написанное мужем письмо, адресованное исполняющему обязанности министра полиции Сергею Вязмитинову. На нескольких листах, заполненных убористым, похожим на бисер почерком, Карл Иванович Гессен признавался в том, что в 1780 году фактически похитил редкой ценности рубин, принадлежащий императрице Екатерине.