Алая гроздь турмалина

Метров триста и увидишь отмель песочную. Ее наши новые соседи отсыпали, чтобы себе место для купания обустроить."

"В Излуках, старом поселке с пусть и отремонтированными, но все-таки деревянными домами, лет пять назад действительно появился новый район, в котором огромного размера участки выкупались людьми небедными и застраивались соответственно. Двух, а то и трехэтажные особняки уходили коньками крыш в небо, панорамными окнами смотрели на реку. Возведенные бани, беседки, гаражи, летние кухни и гостевые домики надежно прятались от любопытных глаз за глухими заборами, но местные все равно судачили всласть, подглядывая за чужой богатой жизнью, а потом возвращались в свои покосившиеся избушки на участках в шесть соток.

Дом Еропкиных, разумеется, отличался от остальных. В свое время Павел Альбертович, выкупивший два участка, дом построил хоть и простой, но добротный. После приключившегося с Даней несчастья в нем были расширены дверные проемы, обустроены пандусы и сделано все, чтобы дом подходил для жизни одинокого инвалида, передвигающегося на коляске.

Удобный был дом у Еропкиных, большой, светлый, основательный, но, конечно, ни в какое сравнение с современными особняками в новом «районе» не шел. Ну, и ладно. Невелика печаль.

– Дань, да как-то не хочется к этим вашим «новым русским» под бок сваливаться, – сомневаясь, сказала Лена. – Это же их пляж, вдруг кричать начнут, что мы туда пришли? Ты же знаешь, как я скандалов не люблю.

– Во-первых, они не новые русские, те в девяностых годах были, да и то больше в анекдотах, – усмехнулся Даня.

– Нормальные люди, работают много, ведут себя тихо, в магазине, если встретишь, здороваются, пальцы не гнут, богатством не кичатся. И на пляж их ходить можно. Конечно, те, кому старый поселковый ближе и привычнее, этим не пользуются, но никаких возражений ты точно не встретишь. Можешь не волноваться.

– Ладно, не буду. Митя, Помпон, айда на речку!

Теплые дни стояли уже довольно давно, поэтому вода прогрелась до непривычной для июня температуры – градуса двадцать четыре, не меньше.

Пляж действительно был удобный – не очень большой, но отсыпанный белым мелким песком, с кабинкой для переодевания и несколькими зонтиками. Расстелив прихваченное полотенце, Лена села на прогревшийся за день песок, милостиво разрешив сыну войти в воду и наблюдая, как он резвится в воде вместе с собакой.

– Мам, а ты что, не будешь плавать?

– Вот ты вылезешь на берег, и я сплаваю, – объяснила Лена.