Спасения нет

— Не делай так, сердце мое. Это доставит мне неудобство. А я, поверь, не из тех, кому стоит причинять неудобства.

— Если ваши мыслительные мощности превосходят возможности гендесов, вы должны понять, что мне нужны доказательства — действительно ли вы на нашей стороне. И куда более надежные, чем жаргон беженца с древней Земли.

— Вот с чем я и вправду не ожидал столкнуться, так это с тобой. А на слово не поверишь?

— Те, кто вынужден бежать, спасая жизни, никому не верят на слово. Попробуйте что–нибудь другое. Факты?

— Я мог бы отправить тебя прямо в ад, если попробуешь испортить мне портал.

— Тогда и подача энергии прекратится. Я не дура.

— Да уж, начинаю замечать. Ладно, коммандер Ирелла, что ты сочтешь за доказательство?

— Прошу вас… вам девяносто секунд до портала. Я должна принять решение. Не…

Яркая алая иконка на оптике потребовала ее внимания.

— Ой, нет!

— Ирелла! — выкрикнула Тиллиана. — У нас беда. Что–то с нейровирусом. Деллиана накрыло. Медтелеметрия у него так и горит. Гендес не понимает, в чем дело.

Ирелла расширила прием данных от взвода Деллиана. Камера с инициаторами была залита мертвенным зеленоватым светом, его излучали проросшие из всех трубок и лиан листья — такое освещение в ее представлении подошло бы для какого–нибудь мрачного культа смерти. Деллиан шатался как пьяный, зажимал щиток шлема перчаткой классическим жестом полного бессилия. А над ним сумасшедшими шершнями вилась когорта боевых ядер — непрерывно меняла курс, чуть не разбиваясь о стены и цистерны, отскакивая в последний момент.

— Они нас любят, — сказал Деллиан.

Ирелла задрожала в изумлении, в подступающей ярости. До сих пор с такой нежностью он обращался только к ней.

— Ты меня просканировала, — сказал пришелец. — Ты представляешь мою силу. Желай я тебе вреда, ты бы уже была покойницей.

— У оликсов другие намерения, — холодно ответила Ирелла. — Они не убивают людей. Они берут нас живыми.

— Ладно, паранойя — здоровое чувство. Но, честное слово, в этот раз тебе придется мне довериться.

— Вот этого никак не могу.

Она поморщилась, увидев, как Деллиан открыл огонь из встроенного в броню гауссового ружья. Пули из металлического водорода рвали цистерны и трубки. Следом, метя по тем же целям, открыла огонь его когорта.