Спасения нет

— Кандара! — предостерег Юрий.

Пчелы уже показали ей. Передовые шары набирали скорость, от их пролета пригибались верхушки деревьев.

— Отмена! Вали оттуда на хрен!

Она развернулась, поспешила в зал питания.

— Может, еще сработает.

— К тебе движется полтора десятка этих дряней. Убирайся.

— Иду к порталу. Но посмотрим хоть, что будет с биоборгами.

— Зараза! Ладно, даю обзор.

Пока она добралась до зала, сердце трепетало, словно от разряда дефибриллятора. Четыре биоборга на площади сошлись под колоннадой: счастливое воссоединение семьи.

При виде показавшихся над деревьями шаров все вскинули руки, тыча пальцами, а потом родители ухватили детей за руки и поволокли за собой. Играли так правдоподобно, что впечатлили даже Кандару.

— Может, еще успеют…

Из двух передних шаров ударили фиолетовые энергетические лучи. Биоборгов охватило пламя, одежда сгорела, тела рассыпались обугленным шлаком. Располагавшиеся в брюшной полости батарейки взорвались, разбросав остатки тел.

— Банк лопнул, — объявил Алик.

— Уходи! — крикнул Юрий. — Запускаю камикадзе. Ты, может, и выживешь, а их это заставит отступить."

"Кандара не медлила. Она ринулась к задней двери, проломила ее броней. В четырех километрах над ее головой открылись шесть маленьких МГД-камер, снятых техниками с промышленной станции Макдивитта и установленных на оси веретена. В хабитат прорвалась плазма прямо из солнечной короны. Камеры перепрограммировали так, чтобы вместо узких копий, которые бы пробили торец насквозь, они давали широкие потоки, пылающей волной окатившие внутренность цилиндра.

Ударившись в противоположный торец, волна отхлынула. За секунды выгорела вся растительность, атмосферное давление резко подскочило, смерчами взметнув перегретый газ к отверстиям в оболочке и сквозь них, на пробившие эти дыры корабли. Плазма была не только горячей, но и невероятно насыщенной электричеством. Цилиндр пронизали могучие молнии, они хлестали во все стороны — атмосфера силилась восстановить равновесие. Шары, застигнутые на открытом месте, разбросало, их поверхность мгновенно стала серебряной — попытка отразить избыток энергии. Десятки шаров, попав под жестокие удары молний, взрывались и опадали россыпью электрических искр. Миллион окон жилого сектора превратился в оплавленные пробоины. Искры влетали в большие нарядные комнаты, поджигая мебель и ткани. Молнии били в просветы, обдирали горящие стены до каркаса.