Спасения нет

Здесь, как на всех дальних форпостах корпорации, работала минимальная команда. Все трое — Дениша, Коль и Джек–Кобен — ждали Каллума на той стороне портала. Каллума от перехода из полной гравитации к нулевой тотчас затошнило. Сердце, приняв переход за падение, сильно забилось, на коже проступил холодный пот. Успокаивающая дыхание йога не очень–то помогала от тошноты.

Элдлунд, как назло, словно не заметило перемены. Скользнуло сквозь портал и уверенно ухватилось за ближайшие перила, останавливая движение.

— Нам было приказано дать вам полный доступ, — сказал старший в команде, Джек–Кобен.

Каллум вовремя вспомнил, что в невесомости обходятся без рукопожатий.

— Спасибо.

— Можно спросить, зачем вы здесь?

— Спрашивайте на здоровье.

Трое техников встревоженно переглянулись.

— Мы с тех пор, как объявили чрезвычайное положение, в Сол не возвращались, — сказал Джек–Кобен, — а Солнет, мягко говоря, сбоит. Плохо дело?

— Плохо и будет еще хуже, когда корабли Избавления доберутся до Земли.

— Ясно. Что мы можем сделать?

— Покажите мне звездолет.

Джек–Кобен принялся подтягиваться по перилам.

Глядя на него, Каллум с трудом проглотил ком в горле. Задумался на миг, не захватило ли Элдлунд противорвотный нарк, но тут же отогнал эту мысль.

Балки изгибались и переплетались, создавая геометрический хаос с семью отдельными овальными гнездами, радиально расходящимися от центра станции. Три гнезда пустовали, в остальных четырех стояли недостроенные звездолеты. Каллум прежде видел их только в вирте, а увидев вблизи, вдруг расчувствовался. Вот такие и вдохновляли двадцатилетнего Каллума: вещественное доказательство, что будущее таит невообразимые чудеса.

Джек–Кобен привел их к гнезду наполовину собранной «Оалы». Каллум вылупил глаза при виде знакомых каплевидных очертаний в рамке изогнутых лонжеронов. Ядром служила длинная выхлопная камера, работавшая на той же МГД-технологии, что и солнечные колодцы.