Соляные копи попаданки

Я сама не заметила, как она перешла во что-то большее, но вскоре Николас уже осыпал поцелуями мои плечи, ключицы, опускаясь всё ниже. Завязки на вороте блузы оказались распущены, выставляя напоказ светлые холмики грудей, выпрашивающих свою порцию поцелуев и вскоре они их получили, жадные, горячие, будоражащие кровь.

Сам Николас до сих пор оставался в рубахе, это показалось мне жутко несправедливым. Стащив её прямо через голову, я нетерпеливо провела чуть подрагивающими пальцами по широким, тёмным от загара плечам, а потом, чуть царапая кончиками ноготков - по его груди.

- Софи, что ты творишь?! Я больше не могу себя сдерживать! – прохрипел он.

- А ты не сдерживай, - я провокационно выгнулась ему навстречу.

Следующий звук больше походил на рычание, сминая мои губы поцелуем. Голодным. Требовательным. Уносящим куда-то за пределы вселенной.

Одежда вдруг показалась досадной преградой, мешающей почувствовать близость наших тел. Кожа к коже. Уже ничего не могло остановить нас, доводя до вершины блаженства.

А потом мы лежали обнявшись, мокрые, разгорячённые, глядя в голубое бездонное небо, провожая глазами редкие облака.

- Люблю, - на ушко, заставляя кров ь быстрее бежать по венам.

Я перекатилась на живот, заглядывая в глаза любимого мужчины, теперь я была в этом абсолютно уверена.

- Давно?

- С той самой минуты, как увидел тебя там, на рынке, возле обоза.

Я вижу в его глазах своё отражение.

- Но почему ты так долго молчал?

- Боялся спугнуть, ты казалась таким нежным экзотическим цветком, только потом я узнал, что у цветочка есть острые шипы!

Он улыбнулся и чмокнул меня в кончик носа.

- Стоило только подобраться ближе, как ты снова ускользала.

- Мне тогда казалось, что ты охотишься за моим наследством, а уж когда я наладила добычу соли, так и вовсе видела в каждом мошенника, желающего поживиться за мой счёт.

- Ты всё делала правильно.

- Очень весомая поддержка, - усмехнулась я, намекая на кое-что отдохнувшее и вновь готовое к бою. И я была совершенно не против.*

Возможно, я казалась излишне смелой, но Николас сразу понял, что он мой первый мужчина. Во мне странным образом смешивался прежний опыт и наивность юной Софи. И самое главное – нам было хорошо вдвоём.

Теперь, когда последние преграды были сметены, многое изменилось.