Смерть оловянных солдатиков

У вас прекрасно прописанный образ, вам даже ничего говорить не надо – за вас говорят! Вам только мычать, кивать, да глазами вращать!

– Это так… Но всё равно. Может, кто-нибудь пока за меня. Хотя бы несколько дней.

Поплыл «герой». Устал. Надорвался. Оно и понятно: жить в чужой шкуре – не сахар. А в такой колючей и подавно. Слаб статист в коленках. Другого бы на его место, который лучше подходит под образ. Но… другого нельзя. Потому что если брать на такую роль настоящего боевика, который ни бога ни черта, да еще с харизмой, так он и будет вести себя как боевик и может быстро выйти из-под контроля.

– Может, вы меня отпустите и кого-нибудь другого найдете?

– А наши деньги вы вернете?

Возвращать деньги не хотелось. Да и где бы их взять, когда они все давно потрачены?

– Но я же работал всё это время.

– Кто?

– Мои подчиненные?

– Ну?

– Говорят, что Галиб сильно крут, и либо он всех победит, либо его прикончат. А как я могу победить? Тем более всех? Я не могу победить. Значит, меня прикончат! Не сегодня, так завтра. И зачем тогда мне эти деньги? Ну отпусти-ите меня-я!

– Возьмите себя в руки. Пока я вас не взял!

Галиб вздрогнул и затравленно посмотрел на собеседника.

– У вас есть только одна возможность выйти из сделки – если вас сместят революционным путем. Кто-нибудь из ближайшего окружения.

– Как это?

– Если вас низвергнут. Со всеми вытекающими последствиями. Очень для вас печальными. С плахой и топорами! Вы этого хотите?

Произнесенные слова, голос и вид собеседника испугали Галиба. Он был очень боязлив.

– Да я ничего. Я так. Расслабился чуток.

– Ну, так ведите себя подобающим образом! Или мне вам тоже начать пальцы рубить, как это делаете вы?! Сядьте, как положено!

– Что? Нет, конечно.

Галиб кашлянул, подобрался, распрямил плечи, разбросал по сторонам ноги и даже попытался придать лицу жестокое выражение.

– Маску наденьте, – напомнил ему собеседник. – А то на вас смотреть тошно.

– Да-да, конечно…

И Галиб стал Галибом – привычным и грозным. Теперь собеседники сидели, свободно раскинувшись в креслах. Оба в масках.