Смерть оловянных солдатиков

У тех родственников свои родственники. И оружия полно. Хороший обычай, правильный! Если бы все они к адвокатам потащились, эффект был бы другой. Не было бы эффекта. А так…

Минус двести. Еще минус сотня… И еще…

А там кто-нибудь другой ввяжется. И такая каша заварится… И станет им точно не до неверных. Потому что вполне хватит правоверных… Потому что Восток. Древние обычаи. Горячая кровь. Горячие головы. Скорые на месть руки.

Вот и пусть…

* * *И началась война, которая должна была начаться, так как долго и тщательно готовилась.

И Галиб точно знал и мог указать, где базируются боевики Раджиха, сколько их, чем вооружены, как охраняют подходы. Что сильно облегчало задачу нападавшей стороны. И родственники погибших, объединив усилия и вооружившись кто чем мог, напали ночью на один из лагерей Раджиха. И всё там перевернули и всех порезали и постреляли. И шумно отпраздновали победу. На чем их боевые успехи закончились. Потому что Раджих был опытным воином и, быстро во всем разобравшись и перегруппировав силы, нанес ответный удар.

И у него тоже откуда-то была информация о численности, вооружении и расположении противостоящих ему сил. Отчего он смог нанести противнику серьезный урон в живой силе и… Ну и несколько джипов пожег. Его люди ворвались в родовую деревню, где проживала семья одного из переметнувшихся боевиков, вырезали несколько домов, убили с десяток вооруженных мужчин, захватили богатую добычу и несколько десятков пленных. Что было очень важно, так как пленные являлись хорошим аргументом в будущей торговле.

Ведь торговаться Восток умеет гораздо лучше, чем воевать. И делает это с большим удовольствием.

На чем война стала стихать. От души постреляв, порезав и покрасовавшись подле поверженных трупов, стороны успокоились. Потому что на Востоке с его жарким климатом люди вспыхивают быстро как порох, но так же скоро остывают. Не любят на Востоке затяжных войн и долгой однообразной работы, на какую способны европейцы. Там все любят делать быстро, за один раз, а потом долго-долго праздновать победу.

И стороны стали искать пути примирения, привлекая многочисленных ближних и дальних родственников и уважаемых людей из чужих родов.

И Муслюм сказал Сабиру. Сабир Фараду. Фарад Исмаилу… И так по длинной-длинной цепочке образовалась прямая связь между враждующими сторонами, которую со стороны ну никак не проследить. И начался долгий, витиеватый переговорный процесс. На фоне необъявленного перемирия.

Что устроило всех. Но не устраивало Галиба.