Смерть оловянных солдатиков

Точнее, в правый глаз. – И много чего из рук выпустила, что не должна были выпускать.

Большой начальник засмеялся. Но как-то натужно, неестественно.

– Хорошо, мы не будем лезть в их внутренние дела, хотя, постарайтесь объяснить своему подопечному, что подобные методы лучше не использовать или хотя бы не освещать публично. В свете намеченных перспектив. Ему в обозримом будущем с приличными людьми встречаться, а тут такая варварская жестокость. Если вы готовите его для большой политики, его нужно хорошенько отмыть.

– Мы проведем соответствующую работу.

"– В целом я утверждаю ваш план. Хотя, на мой взгляд, предложенная фигура вызывает некоторые нарекания. Но я не буду оспаривать мнение профессионалов. Я соглашусь с вами… под вашу личную ответственность… Надеюсь, вы меня услышали!

И Президент внимательно и как-то оценивающе взглянул на уши собеседника.

* * *– У меня теща любимая! Ехала в поезде! Мне ее найти…

– Позвоните в штаб, вот по этому телефону…

Гудки. Гудки…

– Иванова Елена Сергеевна. Посмотрите, пожалуйста.

Иванова, потому что фамилия должна быть самая распространенная. Она должна была совпасть.

– Извините, такой нет.

– Ну, может, просто Иванова?

– Нет, увы нет… То есть, простите, к счастью нет. Ваша родственница в списках не значится. Возможно, она ехала в другом поезде.

– А где можно встретиться с пострадавшими? Может быть, кто-нибудь знает? Она видная женщина.

– Здесь потерпевших почти нет. Раненые вывезены самолетом в госпиталь Министерства обороны. Мертвых сразу пересылают по адресам.

Морг… Да, морг!

Стены, выкрашенные серой краской. Вытертая мебель. Какая-то плачущая женщина на скамейке. Кому-то суют в нос ватку с нашатырем. Обычная для таких учреждений картинка. Фотографии на стенах, прилепленные скотчем.

Трупы. Раздавленные трупы… Размозженные трупы… Обгорелые трупы… Фрагменты трупов…

Снимки обнаруженных на месте крушения вещей…

Суровый, неразговорчивый мужчина в кресле у входа. Наверняка не один.

– Извините. Мне бы с кем-нибудь из морга переговорить.

– Ну так идите. В третий корпус.

– Нет, мне бы неофициально. Может, вы можете кому-нибудь позвонить? Вы же знаете их номера. Я буду благодарен. Прямо теперь…

Гудки. Гудки…

– Здравствуйте, Семен Аркадьевич. Тут с вами переговорить хотят… Нет, срочно… Не знаю… Хорошо, в скверике.