Слепой рассвет

— Куда, в клуб? — прогремел голос генерала в динамик. Мое заведение для элитных клиентов, которые становятся, как правило, завсегдатаями.

— Нет, домой.

— И что им надо? Ты же вроде к криминалу никакого отношения не имеешь.

— Дочь у меня родилась. От Полины, помните ее?

— Конечно, помню, поздравляю! Обмыть это дело надо.

— Обмоем, Владимир Аркадиевич. — я смотрел в рожу лейтенанта все это время. Видел, как стекает у него с висков пот. — Ты своих псов отзови.

— Я так и не понял, чего они хотят?

— Если честно, я тоже не понял.

— Ты трубку старшему дай.

— Лейтенант, с тобой оговорить хотят. — Кручинин прокашлялся и протянул руку за мобильным телефоном.

— Старший оперуполномоченный… — стоял и бледнел. Блеял что-то в свое оправдание. Голос генерала долетал и до меня. Кручинин дергался каждый раз, когда Владимир повышал голос.

— Чтобы завтра же твое заявление об увольнении лежало у начальника отдела на столе! Ты меня понял?! — будто динамик на громкую связь переключили, так разошелся генерал. Кручинин чуть не плача кивал головой. — Я не слышу!

— Есть, товарищ генерал! — я не был злым человеком. Последний год замечал за собой какую-то жесткость и холодность, но чувство жалости и сострадания мне было хорошо знакомо. К лейтенанту ничего подобного не испытывал. Он пришел в мой дом с одной целью — испортить мне жизнь.

Полицейские молча покидали дом. Хотели о чем-то поговорить, но нарвались на мой жесткий взгляд и передумали. Андрей подходит ко мне и ободряюще хлопает по плечу. Безмолвная поддержка, что я все сделал правильно.

Теперь все внимание приковано к Полине. Я должен объяснить своим родным, что она не просто мать моей дочери, но и женщина с которой я планирую прожить… ближайшие три года, а там будет видно."

"Моя мама приверженец традиционной семьи, но она всегда старалась нас понять и поддержать.

Вчера бы меня это не волновало, но теперь я знаю правду. Поля моя женщина и я не желаю, чтобы ее обижали.

— Я пойду, проверю, как там дети, — заявляет мама разворачивается и уходит. — как я и думал.