Сладкое искушение

— Если ты хочешь иметь наследника, тебе нужно сохранить жизнь Гайи, потому что Даниэле и Симона не твои. Они мои.

Статические помехи ударили мне в уши. Я бросился на него, осыпая ударами его лицо, грудь, живот. Я бил каждый сантиметр его тела, до которого мог дотянуться.

— Кассио, остановись! — Фаро схватил меня за плечи, но я с ревом оттолкнул его, скорее звериным, чем человеческим. Он врезался в стену и рухнул на пол.

Затем я снова повернулся к Андреа. Его взгляд говорил, что он знал, что умрет.

Мои кулаки горели с каждым новым ударом.

Я судорожно вдохнул и закрыл глаза. Когда я снова открыл их, то был совершенно спокоен. Андреа превратился в кровавое месиво.

Фаро сидел напротив, настороженно глядя на меня.

— С тобой все в порядке?

Я вытянул свои окровавленные руки. Моя рубашка и брюки промокли насквозь. Мои пальцы болели, шевеля ими. Я криво усмехнулся.

— Моя жена трахалась со своим сводным братом весь наш брак… Даниэле… — мои слова замерли во рту, в горле пересохло.

Поморщившись, Фаро встал. Он перешагнул через труп и чуть не поскользнулся на крови.

— Блядь, — прорычал он, прежде чем остановиться передо мной. Он протянул мне руку.

Я взял его и позволил ему поднять меня, даже когда острая боль пронзила мои пальцы.

Фаро тронул меня за плечо.

— Андреа мог сказать это, чтобы спровоцировать тебя, Кассио. Ты не знаешь, сказал ли он правду. Даниэле и ребенок могут быть твоими. Неужели ты действительно думаешь, что Гайя рискнула бы положить кукушкины яйца в твое гнездо?

— Не называй их так, — прохрипел я.

Фаро смотрел на меня с такой пронзительной напряженностью, что у меня заскрипели зубы.

— Андреа знал, что его ждет. Медленная смерть, долгие часы жестоких пыток, пока он не выдаст все свои секреты. Провоцируя тебя, он заработал быструю смерть.

Я посмотрел на кровавое месиво на полу.

— Сомневаюсь, что это был безболезненный конец, на который он надеялся.