Сладкое искушение

— Почему? Ты даже не хочешь обнимать меня ночью.

Блядь. Выражение боли в ее глазах заставило меня снова затосковать по этим хлыстам.

— Останься, — я погладил ее по щеке. Она наклонилась к ласке. Я погладил ее по скуле.

— Почему?

— Потому что я тебе так говорю.

Она покачала головой.

— Назови мне другую причину.

— Потому что я хочу, чтобы ты была рядом. Потому что мне нравится засыпать с твоим клубничным ароматом по ночам.

Ее губы дрогнули.

— Клубничным ароматом?

Я наклонился, прижимаясь лицом к восхитительному месту, где ее горло соприкасалось с плечом, впитывая этот сладкий аромат, прежде чем прижаться поцелуем к ее коже.

— Как чертово земляничное поле. Я даже клубнику не люблю.

Она хихикнула, подергиваясь под моими губами.

— Кто не любит клубнику?

— Я. Это ложная упаковка. Они обещают сладость, но большую часть времени они кислые и водянистые.

Джулия попыталась вырваться из моих губ, чтобы я провел дорожку по ее горлу, наслаждаясь ее сдавленным смехом.

— Кассио, щекотно.

Я поднял голову.

Ее глаза загорелись весельем, и один только взгляд на ее неосторожную радость рассеял часть тяжести с моей души.

— Никто не может устоять перед сладкой клубникой.

— Да, — пробормотал я. — Я это вижу.

Джулия покачала головой."

"— Я не могу пахнуть клубникой. Мой гель для душа вишневый.

Я усмехнулся.

— Для меня это клубника.

— Конечно. Если ты прикажешь вишне быть клубникой, то так оно и будет.

Я заткнул ей рот поцелуем, не резким, вызванным гневом. А нежным поцелуем. Она держала глаза открытыми, не давая мне сорваться с крючка.

— Ты хочешь, чтобы я была рядом ночью?

— Хочу.

— Хорошо.

Никаких мысленных игр, просто простое «хорошо».

Я поднял ее на руки и понес наверх.

— Кассио…

— Ш-ш-ш… мы поговорим позже.

Она не стала спорить. Как только я положил ее на кровать, она прижалась ко мне всем телом. Устану ли я когда-нибудь от ее запаха и вкуса?

* * *После она растянулась на мне, мои руки покоились на ее упругой заднице. Челка прилипла к потному лбу.

— А теперь поговорим, — сказала она, когда я даже не отдышался.

— Джулия…

— Ты обещал, — сказала она, и ее глаза остановили любой протест, который я мог бы выразить.

— Да.

Она ждала. За признание, за мое признание вины.

— Ты совершенно права. Я попросил Элия проверить твою преданность.

Джулия приняла сидячее положение, оседлав мой живот. Мне нравилось, что она не стеснялась своего тела, и нравилось восхищаться ею. По выражению ее лица было ясно, что она не планирует ещё один раунд.