Сладкий подарок для императора Теней

Ты ни на одного мужчину так не смотрела. Правда, я собиралась уйти вместе с тем. На Аламенье так скучно, и я всегда верила, что рождена для чего-то большего… Так почему бы не посмотреть другие миры… Но ты была добра ко мне как никто. Ты заслуживаешь любого мужчину, какого захочешь, а не этого зануду Мартина. Жаль только, что тебе придется нас покинуть.

С этими словами сестра поспешила к лестнице. Ее комната находилась еще выше, на третьем этаже. Она помахала нам рукой. Ни извиниться перед Феррисом, ни моих объяснений — ничего ей не надо.

— Только не забудьте перед тем, как сгинуть, привести дела Дэшвудов в порядок. У меня балка над кроватью совсем покосилась, — крикнула Рози уже со ступенек."

"Я даже не успела спросить, проверила ли она документы в шкатулке.

— Интересные вы леди. Одна накрывает принуждающим заклятием и заставляет целоваться, другая сует под нос недостающую сережку и намекает, что хозяйка — это она. Про тебя, Ребекка Дэшвуд, я вообще молчу. Великий мастер мистификаций и подлогов.

Феррис приложил к моим губам указательный палец.

— Тссс, это был не вопрос, а утверждение, — промурлыкал он.

Глава 31. Перед сном

— Ты, представляешь, Мэри? Она натурально напала на Ферриса. Демон не подал виду, но на две или три минуты он как будто отключился. Чем это могло обернуться для каждого из них… Но у Рози на все есть объяснение. Она засобиралась в другое измерение так же, как до этого была полна решимости покорить столицу.

Из объятий Ферриса я выскочила, как пробка из бутылки. Мне хватало воспоминаний о том, как этим утром подгибались колени. Того, что, встречаясь с ним взглядом, я не могла оторваться от его губ… Вся моя жизнь со свитом летела с горки.

Вернувшись в комнату, я застала мышинду за доеданием десерта, оставшегося после ужина. На такой диете она неминуемо располнеет.

— Разве это не ответ на ваш вопрос, мисс Бекки, — заявила Мэри. Она только что проглотила вишню в шоколаде и блаженно шевелила усиками.

Воздержание ей, впрочем, тоже не свойственно. Сладости таяли на глазах.

— Но я не могу обвинять сестру. Она совсем еще ребенок. Не заметила детства и сейчас отказывается взрослеть. И не в силах обвинять Ферриса. Он весь в крови и с припухшими губами.

Сказала и пожалела.