Сиротка для дракона. Боевой факультет (СИ)

 — Значит, смотрите, как оно делается…

На самом деле ничего сложного не было. Соскрести лопаткой с грязной посуды остатки еды, сунуть в бак с горячей мыльной водой. Когда в баке накопится достаточно мисок и чашек, промыть их щеткой и переложить во второй бак, куда загодя бросили горсть отбеливающего порошка, и оставить на четверть часа. За это время сменить воду в первом баке, благо для этого было достаточно вынуть пробку из отверстия в дне, а потом сунуть в бак кожаные шланги, привязанные к водным артефактам.

Сменить воду и в третьем баке, куда потом обеззараженная посуда перекочует для полоскания. Вымытые миски-чашки-приборы протереть полотенцем, собрать в стопки и составить в шкафы.

Ничего сложного, монотонная работа позволяла отдохнуть голове и даже немного успокаивала.

Успокаивала меня, но не Феликса.

33

Сперва его едва не стошнило над баком с помоями, и я молча отодвинула его — мой-то желудок был куда крепче. Но и к возне в баке с водой Феликс приноровился не сразу.

Несколько раз тарелки выскальзывали из его рук, благо ни одна не разбилась. Движения его становились все резче, все дерганей, сама собой сошла на нет болтовня между нами, и я решила лишний раз не смотреть в его сторону — человеку, дошедшему до такого состояния, немного надо, чтобы взорваться. Перекипит внутри себя, успокоится…

Я подпрыгнула от яростного крика, а потом зазвенели осколки влетевшей в стену миски.

— Я потомственный дворянин, а не обслуга!

— Посуда-то в чем виновата, — хихикнула посудомойка.

— А ты вообще заткнись! — Последующая тирада была длинной, бессвязной и абсолютно нецензурной.

Я медленно — очень медленно, не хватало еще выронить и тоже разбить — опустила на стол миску и сказала:

— Рот закрой.

Феликс стремительно развернулся ко мне.

— Что?

— Рот закрой, а то я его тебе с мылом вымою. Хорош потомственный дворянин, который не умеет держать себя в руках и грязно ругается при женщинах. Как ты собираешься повелевать другими, когда собственными эмоциями управлять не можешь?

— При боевом товарище, — взвился Феликс.

 — И не тебе…

Ну да, перед тем как дать ему в морду, я тоже особо выражений не выбирала. Но это не тот поступок, которым я буду потом гордиться.

— Она — не боевой товарищ! — Я ткнула пальцем в судомойку, с веселым любопытством наблюдавшую за нами. На самом деле я была более чем уверена — эта женщина и сама не прочь пропустить соленое словцо к месту и не к месту.