Сиротка для дракона. Боевой факультет (СИ)

Короткая возня за спиной, ругательство, вырвавшееся у Алека, топот, все ближе и ближе. Родерик обхватил меня поперек туловища, развернул, прижав к груди.

— Нори, погоди. Пожалуйста.

— Род, отпусти ее!

Родерик развернулся, все еще прижимая меня к телу, и я почувствовала себя пушинкой в его руках.

— Моя. Не отдам. — И незнакомые рокочущие нотки в его голосе пробежались мурашками у меня по хребту.

— Род… — В интонации Алека прорезалась сталь. — Отпусти.

Это была не просьба, а предупреждение: не послушаешься — пеняй на себя.

— Помоги Корделии уйти и дай нам с Лианор поговорить спокойно, — сказал он. — Или по крайней мере не лезь не в свои дела.

Я опомнилась.

— Пусти! Не о чем нам с тобой говорить!

Я попыталась рвануться, но Родерик прижимал меня к себе так крепко, что и пошевельнуться не получалось. Крепко и в то же время бережно. Эта неуместная мысль заставила меня рассмеяться, а следом рванулись слезы.

— Нори не хочет с тобой говорить. И я ее понимаю. Дай ей уйти, Род. Остынет — поговорите. Если она захочет.

Родерик погладил меня по волосам. Я не дернулась — все силы уходили на то, чтобы не разрыдаться. Настолько эти ласковые прикосновения не вязались с тем, что я видела минуту назад.

— Алек, ты прекрасно знаешь, что Корделия помолвлена с бароном Хардингом.

"Кажется, эти слова предназначались на самом деле вовсе не Алеку. Только меня они не успокоили. Целовала-то она не барона. И не барон даже не попытался уклониться от этого поцелуя.

— Так жених не шкаф, подвинуть можно, — ухмыльнулся Алек. — К тому же у любой интересной женщины должен быть муж для дела и любовник для души.

— Наглец! Сразу видно, что боевик! — взвилась Корделия.

И когда только успела нас догнать!

— Нори. — Теперь голос Родерика звучал мягко, так мягко, словно гладил. Он чуть отстранился, приподняв рукой мой подбородок. Переменился в лице. — Кто?..

Как можно прорычать слово, в котором нет ни одного «р»? Нелепая мысль промелькнула и исчезла. Я вспомнила, как выгляжу — с синяком, распухшей половиной лица, теперь еще и с красными глазами и носом. Охнула и все-таки вывернулась, спрятав лицо в ладони.