Шумерский лугаль

— Наслышан о твоих победах над врагами твоей страны, — начал он с комплимента.

Похвалы, особенно в начале разговора, предупреждают, что тебя ждет отказ. Поскольку мне ничего не надо было от жрецов, попытался понять, в чем откажут. Не хотят больше платить дань? Так зачем им спешить?! Потянули бы время до зимы и сообщили об этом, чтобы я смог приплыть, как они думают, только на следующий год. Вообще-то, я могу приплыть и зимой, но пусть это пока будет для них тайной."

"— Мои победы помогли и вам несколько лет прожить в мире с соседями, — напомнил я.

— Да, до этого года соседи не беспокоили нас, — согласился верховный жрец. — В начале весны дошли слухи, что каннадига собираются напасть. Мы послали гонца к тебе и делегацию к ним. Позавчера наши люди вернулась. Выяснилось, что слухи о готовящемся нападении каннадига оказались слишком преувеличенными. В любом случае хорошо, что ты приплыл так быстро. В городе есть купцы-каннадига. Они расскажут своим соплеменникам о твоем прибытии.

Если доживу века до девятнадцатого или двадцатого после рождества Христова, обязательно сплаваю или слетаю в Индию и внимательно присмотрюсь к индуистским злым духам.

— То есть, вы не нуждаетесь в моей армии? — спросил я.

— Нет, пока что она не нужна, — ответил Укан, — но мы одарим тебя и твоих воинов за четкое соблюдение нашего договора.

Представление со слонопотамом по имени Ганапати устраивать для меня не стали. От предложения провести время в храме до отправления домой я отказался. Сарама проводил меня на «Лидду», по пути всячески подчеркивая уважение. У меня сложилось впечатление, что за время отсутствия я вырос в глазах мелуххцев больше, чем после победы над курухами.

Следующие два дня нам везли на лодках продукты питания и свежую воду. Особая лодка с усиленной охраной привезла подарки — горсти бусин воинам согласно их рангу, а мою долю передали в большой золотой чаще с барельефом на боках в виде слонов, каждый из которых держал за хвост идущего впереди. Мои воины рассчитывали на большую добычу, но и полученной без боя были рады.