Шумерский лугаль

Крики сливались в один, громкий и непонятный, даже семит-переводчик не смог мне сказать, что именно помогает им идти на смерть. Из-за черных плащей казались мне стаями ворон, кочующих по мусорной свалке к раздувшемуся трупу коровы. На дистанции метров сто от передней шеренги фаланги они остановились, откинули правую часть плаща за спину, чтобы не мешал использовать оружие, и приготовили пращи.

— Лучники, начали! — скомандовал я."

"Сигнальщик помахал красным флагом, передавая приказ стоявшим вдалеке и не слышавшим мои слова.

Впрочем, они и без сигнала догадались по действиям соседей. Стрелы полетели во врагов почти сразу после того, как первые камни семитов застучали по щитам копейщиков. Лучники били, не выцеливая, в толпу. Стрелы падали под углом сверху вниз, попадая в лицо, шею, не закрытую плащом правую часть туловища, руку и ногу. Не скажу, что все стрелы находили цель, может, одна из трех-четырех, но количество убитых и раненых у семитов медленно возрастало. Среди моих воинов таковых были единицы. В основном среди излишне любопытных, выглянувших из-за щита, чтобы поглазеть на врагов. Семитам бы кинуться на нас с разных сторон, смять шеренги, несмотря на большие потери, задавить нас числом. Увы, к рукопашному бою они склонности не имеют.

Переломный момент наступил где-то через полчаса. Семиты подошли ближе, метров на пятьдесят, чтобы выйти из зоны поражения лучников. Под нашим обстрелом остались только задние, а передним было легче прицеливаться и бить в просветы между щитами.

Вот тут я и отдал следующий приказ:

— Копейщики и колесничие, вперед!

Фаланга, набирая скорость, побежала на врага. Дистанция была короткая, одолели быстро. Передние семиты попробовали было отступить, но наткнулись на стену из задних, которые поджимались к ним, чтобы оказаться вне зоны обстрела лучников. Там их и догнали мои копейщики. Войлочный плащ был слабой защитой от копий, а кинжалы и топорики семитов слишком коротки, чтобы эффективно орудовать ими против копейщиков, прикрытых большими, широкими и прочными щитами.

Пращи и мешочки с камнями и вовсе превратились из оружия в обузу. В ближнем бою против фаланги у семитов шансов не было. Их выкашивали быстро, почти не неся потерь.

Колесницы выехали из-за фаланги и ударили во фланги и тыл семитам. Кочевники дрогнули и побежали. Сперва задние, а потом и уцелевшие передние. Сражение превратилось в избиение удирающих. Колесницы гнались за ними до оврага в дальнем конце плато.