Шиворот-навыворот

 — Не прогонишь?

Молчание в трубке стало ему ответом. Очень красноречиво.

— Лиль? Вы где сейчас?

— Уток кормим у озера, — пробормотала Лиля и серьезно добавила: — Не торопись. В этих подковерных играх замешаны учредители. Тебя собирались подвести под хищение в особо крупном размере. Значит, им что-то нужно от тебя. Подумай хорошо. И внимательно изучи учредительные документы.

— Да я вроде их наизусть изучил.

— Ты как не слышишь меня, Вань. Подумай сам, для чего им тебя на крючке держать? Ты должен подготовиться к встрече.

— Ты знаешь? — догадался он.

— Не совсем, — уклонилась она от прямого ответа.

— Скажи.

— Не могу по телефону. Сам ищи. Я тебе сказала где.

— Спасибо, Лиль.

— Не за что. Ты помог нам, я помогла тебе. — И тут Лилька зашикала на сына: — Миша, ты куда? Сейчас ботинки намочишь…. Все, Ваня, пока. Пока я с тобой говорила, мой сын намочил ноги, нужно домой идти переобуваться.

Послышались гудки отбоя.

Уже поздно вечером, уложив Мишку спать, Лиля позвонила матери. Ей казалось, что разговор сведется к взаимным упрекам и претензиям, а потом плавно перерастет в скандал. Но Раиса Петровна сразу поняла, о чем речь.

— Не волнуйся, Лилечек, и не беспокойся о сестре. Мне эти бесконечные разговоры о заводе, будь он неладен, уже надоели. Тоже мне, нашлась капиталистка Лина.

Положив трубку, Лиля на минуту задумалась. Мать никогда не шла у нее на поводу. И сама формулировка ""как надо"" могла с точностью до наоборот разниться с Лилиной просьбой. Но в детской тоненько заплакала Тайка, и Лиля, отбросив все сомнения, поспешила к ребенку.

ГЛАВА 25

""Подумай хорошо, может, есть еще кто? — Пахомов в очередной раз вспомнил сомнения и тревоги Бессараба. — Еще один участник вендетты? Навряд ли""

Но Витьке казалось, что он что-то упускает.

""Замотался я с этим делами, — устало подумал он. — Кредиты, Бумеранг со своей местью, Алискины фортели. Вот и нервничаю почем зря. Нужно откинуть в сторону дурные мысли и подозрения. Нет никого. Просто год слишком тяжелый. И гибель Герта из колеи выбила. С другой стороны, пора возвращаться в Мюнхен. И не отпускать пока Лильку с детьми обратно в Россию. Береженого бог бережет.