Шерстяная «сказка» (СИ)

С великим сожалением отодвинула пустую тарелку и поставила перед собой котелок с картошкой. Накрылась одеялом и принялась усиленно вдыхать испарения жёлтых разваренных клубней.

И что бы вы думали? Конечно, не утерпела. Прямо там, под покрывалом взялась чистить горячие корнеплоды и отправлять небольшими кусочками в рот. Как ещё про лук вовремя вспомнила. А так бы истребила весь гарнир, и пришлось бы потом злой овощ в голом виде есть.

Он тут знатный оказался, ядрёный. Я по неведению куснула так от души - продрало до той степени, что затылок взмок.

Чеснок в меня уже просто не полез."

"Хорошо ещё яйцо оставалось и морс – нашлось, чем немного перебить устроенную организму ядерную атаку. Умяла и их, следом поругала себя за неосмотрительную прожорливость. Но желудок, вроде, был и не против. Наоборот, только теперь наступило ощущение очень даже приятной сытости.

Добросовестно распотрошив и разложив недоеденный лук по тарелке, пристроила её на табурет поближе к изголовью кровати и растянулась на постели.

- А вот постель-то мы почему-то не поменяли. – лениво толкнулась мысль в разнеженный мозг.

Запах несвежего белья прорывался даже сквозь густое облако моего лукового дыхания.

Спустя буквально пару минут в двери постучались. Кристи заглянула в комнату, сморщила нос и часто заморгала заслезившимися глазами.

- Что, неужели такая газовая камера? – глянув на реакцию горничной, пожала плечами. Но тему решила не заострять.

- Мадам, может быть вы хотите, чтобы я приоткрыла форточку? – горничная, подозрительно покосившись на пахучий, слезовышибающий натюрморт в тарелке у кровати, неуверенно направилась к окну.

- Спасибо, дорогая, не стоит. – ну конечно, я тут обрыдалась, пока добыла себе немножко полезных фитонцидов, а она их возьмёт и выветрит. – Я позже сама открою. (Про пользу свежего воздуха тоже не стоит забывать.) - и невозмутимо добавила.

- А… что бы вы хотели? Книгу или газету? Господин Ральф сегодняшнюю уже прочёл.

- О-о! Хорошая новость. В этом мире есть газеты!

*Экюйер («оруженосец» и буквально «щитоносец»): низший чин в дворянстве, на который имело право подавляющее большинство безымянных дворян.

9

Почему я так обрадовалась именно существованию газет, думаю, очевидно.