Шатун. Шаг в неизвестность

– Да откуда ж ему взяться, коль у меня и дома своего по сию пору не было, – развел Шатун руками.

– А меня конюхом возьмешь? – неожиданно спросил старик.

– А как же тут служба? – удивился Руслан.

– Тут любой дурак управится, – отмахнулся казак, мрачно скривившись.

– Что не так, дядька? – внимательно посмотрев на него, прямо спросил Шатун. – Ты при этой конюшне уже лет десять служишь и вдруг уходить решил. С чего?

– Да голова с чинушами его совсем совесть потеряли, – еще больше мрачнея, вздохнул старик. – Дорого им стало конюшни эти содержать.

А лошадки, они не спрашивают, дорого или дешево. Они кушать хотят. Да и ковать их вовремя надо. И чтобы коновал добрый вовремя смотрел. А эти все деньгу отрезают. Мол, чтобы подешевше было. Вот я и решил. Уйду. Пусть сами потом тут крутятся. Крыша вон, еще в прошлом годе прохудилась, а чинить некому. Вот отдам тебе битюгов, да уйду. Не к тебе, так еще куда подамся, – махнув рукой, в сердцах закончил старый лошадник.

– Понял я тебя, дядька Кузьма, – чуть подумав, решительно кивнул Руслан.

 – Добре. Как начнем переезд, жду тебя у себя на подворье. Знаю, что лучше тебя с этими зверями никто не управится. Так что будет тебе и служба, и жалованье доброе. Уговор?

– Уговор, – решительно кивнул казак, хлопнув ладонью по протянутой руке парня. – На пахоту пойдете, – повернулся он к хорунжему, – я покажу, которая кобыла уже в тягости. Так чтобы сильно ее не грузили. Жеребята от этих коней добрые будут.

– У тебя никак записано всё, – усмехнулся Руслан.

– С чего бы? Я ж, княже, неграмотный, – отмахнулся лошадник. – А в голове все держу. Какая кобыла, когда понесла. От какого жеребца и когда ей жеребиться.

– Ну и память у тебя, старый, – ахнул Руслан.

– Да ты не сомневайся, княже. Я свое дело и без грамоты добре знаю, – решительно заверил старик.

– Я и не сомневаюсь, – усмехнулся Шатун. – К слову сказать, у меня на подворье еще и кобылка аргамак имеется. Теперь думаю, где ей доброго жеребца найти.

– Княже, так взяли мы жеребца трофеем, – неожиданно сообщил хорунжий.

 – С османов и взяли. Жеребец добрый. Молодой. Я велел его отдельно поставить. Для тебя.

– Благодарствую, – растерянно кивнул Руслан, и не подумавший осмотреть трофейный табун лично.

– За кобылу покоен будь, княже. Коль она и вправду чистых кровей, найду я тебе и жеребца доброго, и жеребенка после присмотрю, – тут же заверил Кузьма.

– Ну и слава богу, – вздохнул Шатун, уже начавший уставать от всех этих вопросов.