Серьга Артемиды

– Да, а что? Когда хочу пельменей, хожу.

– Никто не ходит в пельменные, ты что?!

– Почему никто? – вмешалась Джессика. – Я вот уже три недели в Москве, тут ничего себе пельменные. У нас тоже одна ничего, а в другой грязно и алкоголики.

– В общем, если дамы не возражают, сейчас кофе, а потом в пельменную.

Дамы синхронно пожали плечами. Настя просто так пожала, а Джессика с церемониями. Она приподняла плечи, посидела, потом прыснула и закрылась ладошкой.

– Слушай, – начала она, – мы заявление в легавке писали, так там все на нас смотрели как на дурочек с переулочка, нам Настина бабка сказала написать, чтоб потом справку выдали, что паспорт, мол, украден.

– Твой отец нашел родителей Джесс? – перебила Настя.

– Понятия не имею, он мне не говорил.

– Ой, ты скажи ему, чтоб не искал, – перепугалась Джессика. – Я тебя умоляю!

– Как же не искать? А что делать?

Она махнула рукой и огляделась по сторонам:

– Да придумается чего-нибудь! Зуб даю! На работу устроюсь!

– Как на работу без документов? – в Насте продолжала говорить бабушка Марина Тимофеевна.

– Документы выправлю, вон в легавке заявление у нас взяли и зарегистрировали даже, заработаю, квартиру буду снимать. Слушай, а ты в театральном учишься, да? На каком курсе? Ты в кружок ходил? Я ходила, Настя знает, там, у нас.

Даня почесал голову, отчего сделался необыкновенно лохмат.

– Сказать-то я могу все, что угодно, только вряд ли папа меня станет слушаться. Он, между прочим, никого не слушается.

– Он крутой, да? С охранником ездит! Он кто? Олигарх? Такая хорошая профессия – олигарх, да? Если б я не была артисткой, выучилась бы на олигарха! Теперь феминизм, и женщины тоже могут на олигархов поступать, да?.

На этот раз Даня Липницкий почесал нос, а не голову.

– Дело в том, что олигарх – не профессия. Это такое… положение в обществе. Олигархия есть смычка капитала и политического влияния.

Джессика засмеялась.

– Ты такой умный, да?..